— Но кто тебя мог искать, если Коробея ты убил? — Таня вздрагивает, упоминая ненавистного ей человека.
— Этот урод меня подставил по полной. Не буду вдаваться в подробности, но если в двух словах, я, по наводке своего человека в отеле, сел играть в тот день с богатенькими лохами, а это оказались серьёзные парни из Ростова. Они меня схватили, стоило мне выйти из машины, и отделали так, что я остался жив только благодаря одной бабуле из рыбацкой деревни. Она самоотверженно выхаживала меня и прятала от посторонних глаз. Я ведь даже не помнил ничего. Полгода спустя ко мне вернулась память, и я рванул в Питер. Нашёл тебя быстро, но ты уже была с Никитой. Я видел тебя с ним возле дома его родителей. Мне показалось, что ты вполне счастлива. Через ваших соседей узнал, что ты вышла замуж. А что мог тебе предложить я? Инвалид в бегах! Я сменил документы и поселился, в брошенном лесном домишке под Лугой. Долго лечился, осмысливал то, как бездарно пустил свою жизнь под откос. Я всегда помнил о тебе, Таня, ты всегда была в моём сердце. Каково же было моё удивление, когда спустя столько лет, я встретил в доме недавно почившего приятеля нашу дочь. Роза тебе уже, наверное, всё рассказала.
— Да, вкратце, — по щекам Тани бегут слёзы. — Лучше бы я провела эти годы с тобой в лесу. Зачем ты всё решил за нас двоих? Я никогда не была счастлива с Никитой, ещё и Глеб меня вечно шантажировал.
— Тань, этот выбор есть у тебя сейчас. Небольшой, правда. Ты в розыске. И как решить этот вопрос, у меня пока нет понимания. За долгие годы отшельничества связи я подрастерял, но, думаю, я смогу разрулить твои проблемы. Всё, что я тебе могу предложить, это поселиться в моём доме. Он, конечно, сильно отличается от этого…
— Этот дом я ненавижу, — перебивает меня Таня.
— Значит, ты готова попробовать начать сначала? Я уже не молод...
— Мне тоже далеко не двадцать, Ворон. И я не готова тебя снова потерять.
— Тогда собирайся. Я не очень-то доверяю Быку. Вдруг, он невзначай позвонит в полицию. Хоть это и не по понятиям, но я смотрю сейчас по ним уже никто не живёт.
Стучат в дверь, и в комнату просовывается голова Галочки.
— Татьяна Николаевна, когда на стол накрывать?
Отвечаю вместо неё.
— Попроси Остапа оформить нам всё сухим пайком. Мы сейчас уезжаем, — беру Таню за руку. — В машине покушаешь, хорошо?
— Роза поедет с нами?
— За дочь не бойся. У неё теперь такой защитник, что близко к ней никого не подпустит.
Глава 48
Роман
Фома вызывает меня на улицу поговорить, и я, оставив Розу собирать вещи, выхожу с собаками во двор.
— Ну ты задал этим перцам, — мою грудь распирает от восхищения этим человеком.
Фома отмахивается.
— Да прекрати ты. Ещё ничего не закончилось. Надо Таню срочно из города увозить. Чуйка меня редко подводит. Не верю я Быку. Коробей не жил по понятиям, и этот высер из-под его хвоста тоже. Какие бы красивые слова он не говорил.
— Вместе поедем!
— Нет, Рома. Мы поедем с Таней вперёд, а вы с Розой навестите Никиту. Он всё-таки растил её все эти годы. Не знаю, выкарабкается он или нет. Глеб — гнида, из-за него и Никите прилетело. Он раньше был далёк от криминала, не думаю, чтобы что-то поменялось.
— Я за тебя больше переживаю, чем за Никиту.
— Ром, боюсь ему недолго осталось жить. Пусть Роза увидится с ним. Только будьте предельно осторожны в больнице. Не налетите на людей Быка.
Собираюсь с духом, чтобы сказать то, что засело в голове и в сердце.
— Знаешь, Фома. Отца своего я не знал, но очень бы хотел, чтобы у меня был такой батя как ты.
Лицо Фомы просветляется. Обняв меня и похлопав по спине, он отстраняется.