— Да, спасибо, — опускает Таня глаза.
— Ты устала, — провожу рукой по её волосам. — Как управишься, постели тут и ложись отдыхать. Тяжёлый выдался сегодня день, — голос мой хрипит, выдавая меня с головой. Таня была очень красивой девочкой, а женщиной стала вообще роскошной. — Если что, я в соседней комнате.
— Хорошо, — выдыхает Таня.
— Спокойной ночи, — коснувшись губами её лба, иду к выходу.
— Володя, — впервые за весь день Таня окликает меня по имени. Вздрагиваю. Совсем отвык от своего настоящего имени. Таня меня и раньше-то не так часто им называла. Поначалу пробовала, но всё равно потом вернулась к Ворону. Таня подбегает и прижимается к моей спине. Моё сердце тут же учащённо принимается бить по рёбрам. Таня шепчет еле слышно. — Я сейчас лягу, а ты приходи ко мне.
— Хорошо, — от её слов внутри всё переворачивается. Хочется стиснуть Таню в объятиях и не выпускать до утра, но предложение её прозвучало неоднозначно. Может, она хочет, чтобы я просто посидел рядом. — Постучи по стене, я сразу приду.
Сбегаю из дома в баню, хочется отмыться от всей грязи, в которой сегодня искупался сполна. Такой грех на душу взял, но лишь во имя спасения моих девочек. Моё прошлое догнало меня в полной мере. Я словно вернулся на двадцать лет назад.
За всю жизнь, я ни разу не пожалел, что убил за Таню Коробея. Сегодня следом за ним я отправил его приятеля и ещё пару человек. Может, они и выбрались из машины, но в этом у меня большие сомнения. Особенно, относительно, Быка. Буду ли я когда-нибудь жалеть об этом поступке?
Уверен, что нет, потому что тут же на память приходит еле живой Никита и его телохранитель. Бык истязал их несколько дней, содержа в нечеловеческих условиях. Какое счастье, что Таня не попала в его руки. Страшно подумать, что он мог сделать с ней. А что стало бы с Розой, если бы Роман не вывел её из-под удара, когда люди Быка явились за ней в день, когда Таня убила его сына?
Наливаю в таз воды, она просто ледяная. Скинув с себя одежду, принимаюсь тереть мочалкой по телу. Облившись, растираю вмиг покрасневшее тело махровым полотенцем. Надеваю вместо брендовых шмоток чистую тельняшку и старые спортивные штаны. Смотрю на себя в маленькое зеркало, город меня преобразил. Новая причёска сделала меня моложе, а встреча с Таней вернула блеск в глазах.
Но захочет ли она остаться со мной в этом лесу? Сегодня она согласилась, но как дальше пойдёт, одному Богу известно. Таня привыкла жить в комфорте и роскоши, а я в полной глуши. Она хотела уехать в Италию, а я люблю Россию. Найдём ли мы в нашей новой жизни общие точки соприкосновения? Любовь проверяется временем, наши души по-прежнему тянутся друг к другу, но выдержат ли они суровую действительность?
Накинув ватник, выхожу из бани и ещё долго стою, глядя на пасмурное ночное небо, обрамлённое тёмными верхушками деревьев. Ветер гонит по нему чёрные тучи, из-за которых выглядывает краешек луны. Бледной, как лицо моей Танечки. Лес полон звуков, и я закрываю глаза, вслушиваясь в его тихий шёпот. Как же здесь хорошо, спокойно. Я словно с войны вернулся, а всего-то в Питер смотался на несколько дней. Вздохнув, иду к дому.
На кухне никого, на чердаке тихо, замедляю шаг возле комнаты, где уже, наверное, под одеялом лежит моя ненаглядная девочка. Рука так и тянется постучаться в дверь, но пусть лучше Таня позовёт меня сама. Вхожу в узкую, как пенал, комнатку и зажигаю две свечки. Люблю их свет. Одно время задумывал превратить это небольшое пространство в чулан, но я не склонен к накопительству, поэтому под нужные вещи мне вполне хватает сарая и части чердака.
Возле сколоченного мною узкого ложа, высятся стопки книг. Они у меня повсюду. За время своего отшельничества я перечитал их великое множество. Взгляд останавливается на иконе над топчаном. Шепча слова молитвы, прошу у Бога прощения за грехи мои вольные и невольные. Тихий стук в стену обрывает меня на полуслове.
_____________
Фома, как видит его автор
Глава 51
Фома
Организм даёт полный сбой — выдох застревает в груди, а сердце пропускает удар.
Таня, Танечка, моя любимая девочка, меня позвала.