Услышал что-то или случайность?
Оттолкнулась пуля о кость или все же был шорох?
Первый охранник был задушен. Беззвучно, на приличном расстоянии от второго. Следы борьбы, помятая трава, но ничего сверхъестественного.
Осторожно прикоснувшись к ледяной коже возле раны, я постаралась развести края в стороны, но попытка не увенчалась успехом. Разглядеть в засохшей ране с обломками кости угол входного отверстия было невозможно. Для этого нужна лаборатория, хороший свет и пара чуть больших специалистов.
Зачем было стрелять, если можно было так же бесшумно свернуть шею?
— Он хотел, чтобы его услышали, — Клод озвучил очевидную версию.
Но на вопрос «зачем» это так и не отвечало. Судя по повреждениям, выстрел совершен с близкого расстояния. Кто в итоге был целью? Марат или Питер? Кто из парней должен был услышать и испугаться?
— Ты не думаешь, что?.. — прошептала я, уткнувшись носом в плечо, максимально превращая голос в бубнеж.
— Не похоже.
Бесполезный призрак. То ли Клоду не нашлось места в аду. То ли ад дотянулся до меня, обрекая на жизнь со своим мучителем.
— Девушка, не трогайте тело! — прорычал не отходящий от меня лейтенант полиции.
Примирительно подняв руки вверх, я осторожно поднялась на ноги. Лейтенант недовольно оглянулся на отца Марата. Он явно был не в восторге от моего присутствия на месте преступления. У лейтенанта под глазами чернели круги, а лицо, несмотря на вполне молодой возраст, осунулось от усталости. Аккуратно отступая назад, я стянула любезно предоставленные перчатки.
— Простите, а это не первый раз, да? — лейтенант закатил глаза, а я с облегчением выдохнула.
Это не касается Питера.
— Семён Дмитриевич, мы так не договаривались! — рыкнул полицейский, обращаясь к владельцу «Ланцелота», а я уже шагала в сторону дома.
Не касается Питера. Не за ним.
У отца Марата и без нас хватает врагов. Обычных, из плоти и крови. С нанятыми киллерами или натренированными бойцами. Таких, которых у каждой весомой фигуры полно. В принципе было логично, что со смертью Чендлера и на владельца «Ланцелота» так же обратили более пристальное внимание. В 2013 году Клод собирался поглотить маленькую еще тогда корпорацию. У руля стояли Белянины, которых Клод хладнокровно убрал, как и всех остальных. Если бы не засуетились приспешники прошлого Клода-старшего, возможно, сейчас и не было бы никакого «Ланцелота».
Как и Роксаны Андреевны.
За семь лет я так и не смогла понять, что произошло с Клодом в последние пару месяцев его жизни. Всегда им управляла лишь жажда власти. Ему было мало постоянно. Клод хотел по меньшей мере Мир и завоевывал его кровью других. Наверное, набожные сказали бы, что Клод чувствовал приближение смерти и раскаялся.
Луи радовался этим переменам в хозяине, мне было все равно, а Гин пытался разобраться. Аманда вела свою игру, где главное — жизнь Питера. Чтобы это ни было, в итоге все мы встретились с армией, что сами вырастили. Переворот, в котором ключом ко всему стал маленький мальчик.
Единственный рычаг управления монстром по имени Уильям Клод.
Он умер первым.
На крыльце, крутя в руках соломинку от коктейля, сидел Питер, задумчиво опустив голову. Остановившись, я невольно улыбнулась. Чуть потерянный вид парня внезапно вызывал умиление. Он молодец.
«Дес, а ты?»
«Залезай!»
Питер поднял голову. За виной в его глазах прятался страх. Подмигнув, я подошла ближе и опустилась на крыльцо рядом с Питом.
«Двумя руками держи. Крепче, вот так. Не бойся».
Русая макушка коснулась моей щеки, а я невольно вздрогнула, недоуменно повернувшись. Питер закрыл глаза, положив голову мне на плечо.
«Я не отойду. Никогда, Пит».
— Тогда не было страшно, Рокс. Сегодня было, — Питер резко поднял голову, отворачиваясь.
— Сейчас ты взрослый, — я пожала плечами, сжав руку Питера, — а тогда был маленьким. Дети все воспринимают по-другому.
— Знаешь, он говорил, что ты не чувствуешь боли, — едва слышно прошептал Пит, а я сжала пальцы в кулак, — врал?
Первые две пули, что тогда прошли сквозь плечо, разбивая сустав, по ощущениям были похожи на укус комара.
Последние, что разносили грудную клетку забитого в угол раненого зверя, — на раскаленное железо.
— Нет, Пит, — чуть потрепав Питера по голове, выдохнула я, — поехали домой.
Питер кивнул, поднимаясь на ноги. Почему-то он решил не прощаться с друзьями. Может, сделал это раньше, а может, что-то произошло, но сейчас Пит спокойно направился к выходу, медленно ступая новыми кроссами по брусчатой тропинке. Следуя за Питером, я пыталась рассмотреть налипшее вокруг него пятно смерти. В ночном свете особо и не поймешь, стало ли оно больше. Да и от усталости в глазах двоилось.