Легко ей говорить. У неё обеспеченная, любящая семья. Заботливые родители, которые носят свою единственную дочь на руках, только бы та не натворила дел. Хотя Лика часто и творит — и крупно.
Когда мы выходим из аудитории под руку, я вновь сталкиваюсь взглядом с этим негодяем-телохранителем, который будто и не двигался с места. Он что, вообще не человек? Стоит в холле, демонстративно скрестив руки на широкой груди. Его белая рубашка так туго обтягивает мышцы, что Лика тут же не может сдержать комментарий.
— Твою мать, Тая! — облизывая нижнюю губу, восклицает она. — Это он и есть?
— Да, это он. Только не кричи так, — одёргиваю я её за локоть, отводя взгляд от Марка.
— Да ты глаза разуй! Этот тип вряд ли сможет сохранить чью-то девственность, скорее наоборот.
— Лика, замолчи, я тебя умоляю, он же услышит, — заливаясь краской стыда, шепчу ей на ухо.
— А что такого? Смотри, какой самец!
Подруга продолжает гнуть свою линию. Но я и не ожидала другого. В отличие от меня, она свободна, раскрепощена, и сексуальна. Лика меняет парней как перчатки, развлекается с ними без угрызений совести, а затем отшивает на утро. Это точно не про меня. Я не могу подпустить постороннего ни к своему телу, ни к душе. Возможно, я кажусь избалованной мужским вниманием, но это далеко от правды.
Видимо, устав от ожидания, Марк начинает движение в нашу сторону. С каждым его тяжёлым шагом Лика всё сильнее впивается ногтями в мою руку. Чёрт! Эта ненормальная сейчас ещё и потеряет сознание от перевозбуждения. Я снова дёргаю её, чтобы не ляпнула чего лишнего.
Громила подходит вплотную, прожигая нас обоих тяжёлым взглядом. Он надменно смотрит на нас с высоты своего роста, не выражая никаких эмоций.
— Это Лика — моя подруга, — представляю я девушку рядом, не придумав ничего лучше.
— Я рад! — хрипло рыкает он, даже не взглянув в её сторону. — А теперь поехали. Отец распорядился срочно доставить тебя домой.
— Я, пожалуй, пойду, — едва слышно бормочет Лика, чмокает меня в щёку, и направляется в противоположную сторону от выхода. — Созвонимся вечером, — бросает она на ходу.
Вот же предательница! В самый ответственный момент слилась, оставив меня наедине с настоящим чудовищем. Хотя Лику можно понять: у неё и без того проблем выше крыши из-за её эксцентричных выходок. Отец совсем недавно выпустил её из-под домашнего ареста за очередную вечеринку в загородном доме. Поэтому сейчас она ниже травы, старается не привлекать к себе внимание.
— Что за срочность? Неужели папочка соскучился? — язвительно интересуюсь я, следуя к выходу.
— Папочке вряд ли, а вот женишку точно не терпится полюбоваться на свою прекрасную невесту, — скривив лицо, произносит Марк.
— Что ты сказал?
— Что слышала, принцесса. Русланчик явился, хочет оценить свой товар!
Тая.
Едва я переступила порог дома, как меня встретил отец. На его лице играла блаженная улыбка, а в глазах плясали ехидные искорки. Он потирал руки, словно предвкушая что-то.
— Наконец-то, приехала! Мы тебя заждались, — произнес он, будто ничего необычного не происходило.
— Мы? — переспросила я, делая вид, что ничего не понимаю, хотя прекрасно знала, о ком шла речь.
— Твой жених с отцом ждут в кабинете. Руслан хочет поговорить с тобой, — он кивнул в сторону массивной двери, за которой скрывался его личный кабинет.
— Я не хочу ни с кем общаться, — бросила я, надеясь, что при посторонних он не устроит очередной скандал с криками и пощечинами.
— Таисия! — прошипел отец, схватив меня за предплечье. Его голос переполнялся откровенным гневом. — Не заставляй меня применять силу. Договор между нашими семьями уже заключен. Ты выйдешь замуж за Руслана Власова, и точка.
Он толкнул меня к двери с такой силой, что удивительно, как я не снесла её с петель.
— А теперь натяни улыбку на своё красивое личико и будь вежлива с будущим мужем и свекром, — процедил он сквозь зубы.
Понимая бессмысленность спора, подчиняюсь и вхожу в кабинет. Там двое мужчин — оба явно из тех, кто привык добиваться своего любыми средствами. Отец и сын Власовы были удивительно похожи: один седой, другой — нет, но их холодные голубые глаза и высокомерные лица выдавали родство.