Скорее, второе, потому что она захватила с собой только сумку, не взяла ни деньги, которые копила на машину — именно они позволили Рэю продержаться первое время — ни одежду, ни белье, ни даже свою любимую щетку для волос. На ней оставалось несколько светлых длинных волосков, Рэй порой брал ее в руки и прикладывал к лицу — казалось, от нее пахнет мамой. Потом, после смерти Нетти, перестал.
Калифорния — штат, который славится своим солнечным климатом — встретил их пасмурным небом и мелким противным дождичком.
Перед тем, как выйти из самолета, Рэй натянул оранжевую бейсболку с козырьком: какая-никакая — а маскировка, ведь известно, что яркий галстук, шейный платок или шляпа отвлекают внимание окружающих от лица. Прочая его одежда — поношенные джинсы и зеленоватая футболка с изображением стодолларовых купюр — делала его неприметным и похожим на туриста, толпы которых в летние месяцы заполоняют Калифорнию, Зато Ри в полосатом летнем платье без рукавов и белой широкополой шляпе выглядела настоящей красавицей.
У трапа уже ждал молодой человек в форме, похожей на пилотскую; на бейджике на груди было написано «Энди Стоуэлл, менеджер». Рэя он одарил голливудской улыбкой на тридцать два зуба, но основным объектом его внимания стала Ри.
— Мисс Рамсфорд, добро пожаловать в Калифорнию! Ваша машина стоит на парковке — позвольте, я провожу вас туда. Или, возможно, вы хотите сначала выпить чашечку кофе в комнате отдыха?
— Нет, благодарю вас, — покачала головой Ри, после чего Стоуэлл отвел их на стоянку и, вручив ключи от белой «Тойоты», сообщил:
— Если вам понадобится карта, она в бардачке. Счастливой поездки!
До городка с громким название Салливан-сити, на въезде в который стояла та самая заправка, было 75 миль.
За руль села Ри — если, не дай бог, остановит полиция, то Рэю, как правильно сказал сенатор, не стоит светиться. Впервые он увидел, как она водит машину: на пределе разрешенной скорости, почти не притормаживая на поворотах и при этом ухитряясь еще поглядывать по сторонам на вывески.
Но отметил он это лишь краешком сознания, сосредоточенный на другом: осталось всего шестьдесят миль… пятьдесят восемь… Что ОНА скажет, когда его увидит? И вообще, узнает ли, или придется неловко представляться?.. Пятьдесят пять миль… Спросит ли она про Нетти?
Он не знал, почему так торопится, не знал, что скажет при встрече — но потребность увидеть ЕЕ была настолько сильна, что отметала все доводы разума.
Еще миля… еще… еще…
Совсем немного уже осталось, совсем немного!..
Въехав на заправку, Ри сказала — почему-то шепотом, хотя в машине, кроме них, никого не было:
— Это… это здесь…
К ним уже спешил чернокожий парнишка-заправщик:
— Вам заправиться, мисс?
— Полный бак, — кивнула Ри. — А мы пока зайдем в магазин. — Обернулась к Рэю. — Пойдем?
— Да. — Вылез из машины, пару секунд постоял, собираясь с духом, и пошел к магазину. На пороге снял бейсболку, сунул в карман.
Звякнул колокольчик, и женщина, стоявшая за прилавком, обернулась.
Она узнала его сразу — Рэй понял, что узнала. Замерла, напряглась и вперила в него взгляд. На первый взгляд она мало изменилась, лишь присмотревшись, можно было увидеть, что фигура уже потеряла прежнюю стройность. Обветренное лицо, морщинки вокруг глаз…
Он подошел к прилавку, глядя на нее глаза в глаза, сам не зная, что собирается сказать в следующий момент — «Как ты могла нас бросить?» или «Я тебя ненавижу!» или просто «Мама!»
— Мама! — голос, громко произнесший это слово, был не его. И даже не похожий на его — мальчишеский, ломкий…
Откуда взялся пацаненок? Еще секунду назад в магазине никого не было! Но вот он — подошел к матери, растерянно переводит взгляд с нее на Рэя и обратно.
— Мама, что случилось?!
— Ничего, сынок! — ответила она; обняла мальчишку за плечи, будто защищая.
Рэй сглотнул.
— Пачку «Мальборо», пожалуйста. У вас найдется сдача с сотни?
— Да, конечно.
Не считая, сгреб с прилавка мелочь и большими шагами вышел из магазинчика.
Ри догнала его уже у самой машины, схватила за локоть. Рэй резко обернулся и только увидев, что это она, вспомнил об ее существовании. А он-то было подумал…
— Садись, поехали.