Ну и кроме того — наверное, стоит дать Рэю хоть несколько часов поспать…
Открыл он не сразу. Был в одних трусах и вид имел сонный и взъерошенный.
— Что случилось?!
— Ничего, — сказала Мэрион, проскальзывая в комнату.
Постояла несколько секунд, пока он смотрел на нее — пусть рассмотрит как следует! — и положила руки ему на плечи.
— Рэйки, я… — привстала на цыпочки, легко коснулась губами уголка его рта.
Что, так и сказать: «Я пришла тебя соблазнить»? Ну пусть он сам догадается, наконец! Тем более, он-то лучше знает, что делать дальше.
Она запустила пальцы в его теплые взъерошенные волосы, потерлась лицом о подбородок, чуть колючий — он не побрился на ночь. Рэй издал короткий прерывистый вздох; его дыхание коснулось щеки Мэрион, это место тут же словно закололо тысячей крохотных мягких иголочек.
— Ри, ты не понимаешь, я…
— Это ты не понимаешь! — перебила она. — У меня ноги замерзли!
Ноги в самом деле замерзли. Что-то недоучла авторша книги «Как соблазнить мужчину…» — или, может, она живет где-нибудь на Гавайях, где всегда тепло?
— Давай ляжем! — Мэрион осторожно, легонько потянула его за руку к постели. — Пойдем!
Сейчас все решится…
Продолжая держать Рэя за руку, шагнула к тахте — он молча, как зачарованный, следовал за ней — и скользнула под одеяло. Подвинулась, давая ему место. Пару секунд он стоял неподвижно, потом, словно решившись, лег рядом и обнял ее одной рукой, но как-то странно — непонятно было, то ли он действительно обнимает, то ли наоборот, пытается удержать на расстоянии.
— Рэйки… — Мэрион нащупала вторую руку, сплела свои пальцы с его и подтянула к лицу; потерлась об нее щекой. Подалась вперед и снова легонько поцеловала в уголок рта — ну ответь же, отзовись!
— Зря ты постриглась. Мне больше нравится, когда у тебя длинные волосы, — сказал Рэй вдруг ни с того ни с сего, пропуская ее коротенькие прядки между пальцами. Зарылся в них носом, помотал головой.
— Я отращу, — пообещала Мэрион. Пододвинулась ближе, положила руку ему на грудь — его сердце билось так, что удары отдавались ей в ладонь.
Поцеловала его в ключицу, погладила ногой по щиколотке — подняла голову и взглянула. Рэй смотрел на нее слегка ошарашенно, словно все еще не понимая, к чему она клонит.
— Ну что ты за человек! — сказала она обиженно. — Я тебя хочу соблазнить, а ты никак не соблазняешься!
— Я — не соблазняюсь?! — Он сдавленно рассмеялся. — Я?!
— Внезапно, рывком обнял ее, уже по-настоящему, и поцеловал — наконец-то поцеловал, так же, как перед ужином, даже лучше.
По спине побежали мурашки, захотелось зажмуриться, но она заставила себя держать глаза открытыми — интересно было досмотреть все до конца.
Оторвавшись от ее губ, Рэй поцеловал в шею; ее халатик вдруг оказался распахнут, Мэрион даже не поняла, когда и как это произошло. Вскинул голову:
— Только не смей меня больше смешить! — Противореча самому себе, вновь рассмеялся. — А то у меня ничего не получится!
Она обрадовалась: раз он сказал «не получится», значит, собирался. Собирался заняться с ней любовью, прямо сейчас, через несколько минут!
— Я больше не буду! — Для убедительности кивнула.
Рэй прижался лбом к ее лбу; Мэрион чувствовала, как он мелко-мелко дрожит, но не от холода — широкая спина, которую она гладила обеими руками, была теплой. Самой ей было холодно до мурашек и в то же время жарко так, что на лбу выступил пот.
Она поцеловала его в щеку, сказала шепотом:
— Рэйки…
— Да, — быстро и глухо ответил он и вскочил с кровати.
Мэрион никогда не видела, чтобы человек так быстро снимал трусы. Она ничего даже не успела рассмотреть, через мгновение они уже летели в сторону, а Рэй снова оказался рядом, под одеялом, только теперь она знала, что на нем ничего нет — совсем ничего. Он снова обнял ее и показался каким-то ужасно крепким и большим.
Если честно, то ей было слегка страшновато — самой себе Мэрион могла в этом признаться. Словно угадав, Рэй провел губами по ее щеке, шепнул на ухо:
— Не бойся.
— Я постараюсь. — Она улыбнулась, но получилось криво и жалобно — хорошо, что он не видел.
Рэй пробежался по ее шее цепочкой быстрых поцелуев, она тоже поцеловала его в плечо, провела кончиком языка по солоноватой коже. Его ладонь легла ей на грудь — сначала легонько, потом смелее; погладила, чуть сжала.
Наверное, ей тоже можно его потрогать, решила Мэрион. Она знала, что мужчины любят, когда их трогают там, поэтому опустила руку вниз — пальцы наткнулись на нечто плотное, гладкое и теплое; коснулась и чуть качнула, чтобы прочувствовать, какая эта штука увесистая.