– Так точно, сэр, – энергично кивнув, подтвердил офицер. – Двадцать четыре бойца в полной амуниции будут ждать вас у вертолета.
– Что ж, в таком случае, везите, – дозволил генерал и первым устремился к джипу.
Майор и рядовой остались у самолета, а второй солдат, забравшись за руль, повез аризонскую делегацию прочь от места посадки. Тейлор, конечно же, расположился рядом с водителем, а Хокинс и Майкл, усадив между собой Таню, развалились сзади.
– Лучше б мы куда-нибудь в субтропики махнули, – нарочито громко произнесла девушка.
– Ты не поверишь, Таня, – оглянувшись на нее, с улыбкой пророкотал генерал, – я бы и сам с куда большей радостью отправился в субтропики, чем сюда.
Майкл покосился на спутницу с некоторой долей презрения. Что еще за капризы? Они ведь сюда не отдыхать приехали, это, кажется, понятно всем, но Шувалова отчего-то корчит из себя круглую дурочку. Наверное, это такой продуманный ход, может быть, даже с подачи капитана. Не обязательно ведь, что генерал любит мудрых и начитанных ботаничек? Возможно, ему нравятся как раз таки смазливые простушки.
«Возможно, такой была его покойная жена?» – подумал Купер, скосив глаз в сторону Тейлора.
Водитель то и дело бросал на генерала восхищенные взгляды. Майкл, заметив это, лишь усмехнулся: впервые увидев лидера Легиона с такой близи, он тоже испытывал благоговейный ужас. Теперь же, хоть и прошло всего три дня, помощник Хокинса куда проще относился к тому, что его кумир, тот, из-за кого он сменил прописку и даже имя (причем последнее, по сути, дважды!), сидит буквально в футе от него – можно при желании протянуть руку и потрогать… если рука не дорога.
«Как же все-таки интересно устроен человек – стремишься к чему-то, из кожи вон лезешь, а потом обретаешь… и оно тебе через время наскучивает!..»
Это не значило, конечно же, что Тейлор его чем-то разочаровал. Вовсе нет. Но даже к выдающейся стати генерала, как оказалось, вполне можно было привыкнуть.
Вертолет, «Августа Вестленд» последней модели, поджидал их между двумя ангарами. Нарочно скрытый от посторонних глаз, он возник в поле зрения так внезапно, что Майкл от неожиданности вздрогнул и часто заморгал. Возле геликоптера ошивались выделенные Уайлдером солдаты – все, как на подбор, крепкие, жилистые, угрюмые и в одинаковой бежево-коричневой форме. При виде подъезжающего джипа с генералом они спешно умолкли и повернулись к машине лицом. Самые обычные бойцы, точно такие же, каким был сам Купер еще буквально полтора года назад. Майкл обратил внимание, что большинство вооружено автоматами, и лишь у полудюжины человек в руках винтовки.
– Вольно, солдаты! – зычно воскликнул генерал. – Не до парадов!
Поджидавшие его воины начали недоуменно переглядываться: как, мол, так можно – главнокомандующего не поприветствовать? Но спорить никто не решился. Водитель остановил джип в тридцати футах от вертолета и сказал:
– Приехали, сэр.
«Как будто это и так не понятно!» – фыркнул Купер про себя.
– Благодарю, сынок, – сказал Тейлор и, распахнув дверь, выбрался из машины.
Первым делом он оправил темно-бежевую куртку, в которой летел, после чего без лишних предисловий устремился к вертолету. Солдаты недоуменно переглядывались: они ожидали, что генерал произнесет какую-нибудь пламенную вдохновительную речь, но кумир прошел мимо молча. Уже у самого трапа он оглянулся через плечо на свое новоиспеченное воинство и сказал:
– Надеюсь, вы, парни, действительно лучшие из лучших – там, в Иране, обещает быть горячо!
Майкл невольно улыбнулся самыми уголками рта. Все-таки генерал действительно был особенным человеком. Ему не требовалось вещать долго и нудно или заранее разучивать написанную пиарщиками речь. Он говорил от сердца, и искренность сказанного, сдобренная природным обаянием, завораживала слушателей.
«Теперь они пойдут за генералом хоть на край света», – подумал Майкл, глядя в мигом просветлевшие лица бойцов.
Пропустив Таню и Хокинса вперед, Купер ступил на трап, как вдруг его окликнули:
– Михаил?
Майкл так и замер, будто громом пораженный. Медленно повернув голову, он увидел среди двух дюжин солдат одного, чье лицо оказалось ему знакомо. Это был тот самый обаятельный рыжеволосый паренек, с которым Купер в прошлой жизни вместе обучался в лагере Легиона.
Купер стоял и смотрел, как старый знакомец проталкивается через толпу людей, как расплывается в улыбке и говорит:
– Не узнаешь? Это я, Зажигалка!
– Зажигалка? – задумчиво повторил Майкл.
Справедливости ради, он уже не был таким обаятельным: несмотря на относительную молодость, среди рыжих волос хватало и седых, а правую щеку пересекал глубокий застарелый шрам, как будто бы от ножа. Помимо него, имелись на некогда слащавой физиономии и другие изъяны, которые, будто записи в дневнике, рассказывали о прошлом этого самоотверженного солдата, некогда назвавшегося «сыном Тейлора». И, судя по счастливой улыбке, Зажигалка до сих пор гордился, что воюет на стороне легендарного генерала.