Так странно, что я только сейчас узнаю её темперамент. И то, как она реагирует на разные ситуации, как ведёт себя, когда спокойна, расстроена или весела.
— Ну! — Пуля вскидывает брови, я мотаю головой, сбивая её игривое настроение, — Эх…
Она переворачивается, ложится на меня спиной, и над водой появляется красивая, обнаженная грудь со снежинками пены. Это выглядит очень возбуждающе и я готов перейти к следующей части нашего романтического свидания, только по настрою Пули можно понять, что ещё не время, и сейчас моя очередь получить сеанс массажа. Она медленно водит пальцами по моей ладони: плавно, размерено, почти не нажимая, спускается к кончикам, поднимается к запястью, выписывает какие-то узоры, поглаживает. Наверное, у меня никогда в жизни не было такого спокойного и счастливого дня.
— Попроси Алису поставить что-нибудь из твоего, — тихо говорит Пуля, продолжая ласкать мою руку.
— Не-е-ет, — отвечаю намного громче и протяжнее, — Тебе точно не понравится, я не меломан.
— Ну и что…
— Я знаю только кучу армейских песен и кое-что из сурового, пацанского, что слушал по молодости. Всё самое нормальное я тебе уже прислал.
— И пусть. Мне же интересно… — вздыхает Пуля, — Можно подумать, тебе нравилось слушать Желтые тюльпаны. А если это что-то дурацкое, скорее всего, я добавлю это в свою золотую коллекцию.
Думаю, раньше бы у меня ушла куча времени и куча нервов, чтобы что-то для неё выбрать. Мы же не будем слушать: «Я— солдат, недоношенный ребенок войны», или тому подобное. А сейчас в голове просто появляется песня, которая полностью соответствует моему внутреннему настрою.
Забираю у Пули свою руку, обхватываю и подтягиваю её выше, чтобы можно было её целовать. Но перед тем, как начать, оборачиваюсь через плечо и громко говорю в пустоту:
— Алиса… Поставь Басту, «Чистый кайф».
— Включаю, — отзывается женщина-робот.
Пуля откидывает голову, склоняет её в пол-оборота и подставляет мне свои мягкие, сочные губы. Люблю когда мы действуем слажено, как сейчас: синхронно закрываем глаза и сплетаемся языками. А на фоне зациклена только одна фраза.
Глава 25
Андрей
— Ты уверен, что это хорошая идея? — Пуля подозрительно застыла на пороге. Глаза испуганные, но горящие воодушевлением.
Вместо того, чтобы стандартно её раздевать, я застегиваю на ней своё темное худи, надвигая капюшон пониже.
— Ты не хочешь? — на всякий случай переспрашиваю.
— Очень хочу, но…
— Мы осторожно, — перебиваю я и подталкиваю её к входной двери, чтобы зря не терять времени.
Всего в одной станции метро есть хороший парк, пятнадцать минут — туда, пятнадцать — обратно, час на прогулку, два часа дома. Мало, но лучше, чем ничего. Хочется чего-то естественного и нормального. Не думаю, что мы можем встретить её знакомых, тем более, в коротких велосипедках и огромной толстовке Пуля похожа на подростка.
Я беру её за руку и мы заходим в лифт, репетируем поцелуй дементора вплоть до первого этажа, надо научиться делать это так, чтобы не спадал капюшон и её лица не было видно.
На улице сегодня очень тепло и ясно, так и не скажешь, что осень уже на пороге. Ощущаю удивительное волнение, пока мы идём по тротуару, переплетая наши пальцы. Я не боюсь попасться, я чувствую себя пацаном на первом свидании. Мы идём молча и довольно быстро, в ногу, шаг в шаг. Так же молча спускаемся под землю и будто сразу расслабляемся. Запах метро всегда казался мне особенным и ни с чем не сравнимым, хотя я довольно редко на нём езжу, но чувствую в нём какую-то магию. Мы забиваемся в угол, лицом к лицу, смотрим друг другу в глаза, сквозь полумрак капюшона и обнимаемся. Вагон вздыхает и стонет на стыках, ритмичное качание поезда задает настроение и ритм наших поцелуев. Сегодня — медленно и через чур чувственно для людей, которые только вышли гулять и вернутся домой через полтора часа.
В парке людно, не смотря на буднее утро. Пуля немного нервничает, стискивает мои пальцы крепче. Собираюсь перевернуть её лицом к себе, чтобы выглядеть совсем как дебильные влюбленные, которые не могут оторваться друг от друга, но Пуля слегка притормаживает, обхватывает меня сзади, утыкается лицом между моих лопаток, виснет на мне и идёт вслепую. Сегодня побуду наводчиком. Гулять мы видимо не будем, поэтому, я веду её к свободной скамейке, но быстро меняю траекторию движения, оценив проходящий мимо поток людей. Приходится уходить вглубь, на газон. Недалеко сидят несколько парочек на покрывалах, несколько болтающих подруг, и одна девушка с двумя детьми. Я выбираю самый уединенный угол, под деревом, опускаюсь в траву и тяну за собой Пулю.
Она укладывается рядом со мной на живот, упирается подбородком в моё плечо и загадочно смотрит на меня из-под капюшона. Между нами опять тишина, просто молчим и смотрим в глаза, сдержано улыбаясь.
— Что? — говорю немного смутившись, Пуля робко качает головой, — Ну скажи… Ты так смотришь… О чём ты думаешь?
— Ни о чём. Я просто счастлива, — отвечает тихо.
Приподнимаюсь, целую её в губы, придерживая её лицо, Пуля переворачивается, ложится на спину, уютно пристраивается на моей груди, закидывает на меня ногу, а я накрываю её ладонь своей, медленно поглаживая её пальцы.
— Ты хорошо помнишь день своей свадьбы? — спрашиваю я, рука Пули сразу становится напряженной.
— Да… — отвечает негромко.
— Вы ездили на набережную?
— Нет, — произносит настороженно.
— Хорошо, — выдыхаю. Очень хорошо, что не ездили.
— А почему ты спросил?
— Да так… — я снова поглаживаю её пальцы, — По молодости я проводил там почти всё своё время. Днём подрабатывал, вечером тусовался. Кстати, даже водил экскурсии по джиппингу пару сезонов. Было интересно, мог ли я встретить тебя раньше. Мне кажется, я бы тебя и тогда узнал… В день свадьбы это было бы ещё эпичнее…
— И что бы ты делал? — хихикает Пуля, — Подошёл бы знакомиться к чужой невесте?
— Пьяным — запросто, — смеюсь я, — Трезвым — не уверен. Но присутствует ощущение, что в любом случае — да.
— И что бы ты мне сказал? — кокетливо спрашивает Пуля.
— Ничего. Ты ещё не привыкла? — хмыкаю с иронией, — Наверное, как-нибудь особенно бы на тебя смотрел.
— И что мне нужно было сделать? Подойти к тебе самой? — слышу, как улыбается.
— Нет… — я прикусываю нижнюю губу, — Но представь: ты на девичнике или уже в платье, с гостями, ждешь, когда к причалу подойдет яхта, и тут к тебе подходит странный парень и тянет тебе руку, намекая, что хочет тебя украсть. Ты бы побежала?
— Шутишь? — хохочет Пуля.
— Нет.
— Это так романтично! Это просто моя мечта! Я бы там с ума сошла от счастья! Как жаль, что не было ни девичника, ни прогулки на катере!
— Ты не хотела замуж?
— Андрей! Какая разница, чего я тогда хотела! Я бы в любом случае побежала, — цокает Пуля, — Если бы ты меня узнал, значит и я бы тебя узнала!
— А если нет?
— Почему, нет? Ты же протянул руку! — спорит Пуля.
— Ну ладно, — вздыхаю я, — Значит, просто разминулись. Тогда бы и Веры не было.
— Да… — Пуля берёт паузу, — Ты хорошо ладишь с детьми… Вера от тебя в восторге... Вот скажи мне, где она берет шоколад? Ну я же чувствую запах, а в последнее время ты почти к ней не подходишь.
— А это секрет! — смеюсь.
— Андрей! — дуется Пуля, — Я понимаю, если бы ты что-то купил ей в городе, но она сидит дома! Откуда у неё конфеты? Где фантики?