Такое прекрасное место для жизни, вдруг думает Кларк. Здесь так тихо, спокойно и уютно.
Беллами стучит в дверь, они ждут секунд двадцать. Потом дверь распахивается, и они видят на пороге ту самую девушку с фотографии: Лекса Коулман. Шок, написанный на лице девушки, мгновенно сменяется злостью и недоверием, и они с Кларк теперь буравят друг друга взглядом.
— Лекса, это мистер Сибонс? — откуда-то позади слышится твердый женский голос.
— Нет, — голос девушки немного тусклый, — это наши проблемы.
Теперь в коридорчике появилась и вторая женщина с фотографии — Аня Блавон.
Беллами чуть приподнимает брови и встречает ее взгляд. Аня в ответ вздыхает и только и говорит:
— Вы нас все-таки нашли.
Все четверо сидят в небольшой, но очень уютной гостиной. Кларк рассматривает Лексу и не узнает сейчас эту девушку. Год назад во время учебы та была веселой, довольно бодрой и активной, а сейчас немного похожа на старушку — двигается медленно, укутавшись в теплую шаль. Аня смотрит на незваных гостей с немного испуганным выражением на лице, в котором скользит и некая обреченность. Она выглядит очень умной и сообразительной женщиной, и скорее всего, ожидает много неприятностей от таких незваных гостей.
— Вы нашли нас? Как? — начинает разговор Аня.
— Ваша Лекса рассказала своим друзьям в университете, где она живет, — прохладным голосом отвечает Кларк, по-прежнему буравя ту взглядом, — мы пришли за ответами. Лекса следила за мной весь этот год. Зачем? Для чего? Думали, что скроетесь от нас?
— Да что ты вообще понимаешь? — внезапно кричит Лекса в ответ, — богатая избалованная девчонка! Твои родители — чудовища, ты знаешь об этом?
— Заткнись! ..
— Кларк, — Беллами резко осаждает ее, положив ладонь на руку той, — нам нужны ответы. Вы в курсе про покушения на семью Гриффин? Теперь вы являетесь главными подозреваемыми. Достаточно одного нашего звонка, и вас мгновенно арестуют надолго, если не навсегда.
— Я могу Вам рассказать правду, — голос Ани уверенный и не выдает совершенно никаких эмоций, — и вы уже сами решите, что со всем этим делать.
— Хорошо, — медленно кивает Кларк, — мне нужна правда, в том числе и о моих родителях. Что они такого ужасного натворили?
Аня усаживается на диван рядом с Лексой и сжимает руку той, начиная свой рассказ.
Двадцать два года назад шестеро молодых энтузиастов и друзей организовали небольшой научно-исследовательский центр «Шелстфид». Эбигейл и Джейк Гриффин — девушка из влиятельной аристократичной семьи, и ее муж: среднего достатка инженер-эколог. Дальше — Диана Сидней — выпускница юридического университета, жесткая и цепкая женщина, которая уже в те годы подавала очень большие надежды в политике. Ее однокурсник — Телониус Джаха, который также собирался в большую политику, к тому времени уже тоже женатый на дочери известного бизнесмена. Аня Блавон — выпускница медицинского университета, специализирующаяся на трасплантологии и пересадке тканей.
— И кто еще?
— Его звали Маркус Кейн, он был из…
— Кто? — Беллами в одну секунду забывает о своем намерении держаться неприступно и с позиции сильного, ибо Аня только что произнесла имя его босса, — вы сказали — Маркус Кейн?
— Именно. Друг семьи Гриффин, человек, связанный с темными криминальными структурами, скользкий, умный и опасный. Ходили слухи, что он был любовником мисс Гриффин, но ее родители не позволили дочери выйти замуж за человека с криминальным прошлым, и пришлось согласиться на Джейка, он был довольно обаятельным.
Кларк сидит и молча слушает все это. Узнать, что твоя мать никогда не любила твоего отца, думая о другом мужчине?
— Наш центр профинансировала семья Гриффин, гордясь такой умной и блестящей дочерью. Мы занимались в основном, медицинскими проектами: исследовали структуру генома человека, пытаясь выявить ген, отвечающий за старение, за развитие онкологии, разрабатывали новые, более совершенные схемы пересадки органов и тканей тяжелобольным людям. Цели были благородные, и мы с твоей матерью очень многого смогли добиться. Джейк отвечал за экологическую составляющую нашей организации, Телониус и Диана продвигали наши идеи и разработки на политическом уровне, доставали разные гранты и деньги на исследования. Кейн занимался охраной всех нас, нашей работы и не допускал утечки информации из лабораторий. Его методы я не всегда одобряла, но они были очень эффективны. Мы все были друзьями, знаете? Проводили вместе выходные, часто выезжали отдыхать.
Все было неплохо до того момента, как Джаха выбил очень крупный грант на исследования по пересадке органов. Эбигейл Гриффин была сердцем нового проекта — она начала разработку активной сыворотки, которая при введении в кровь человека, начинает сама активно размножаться и восполнять недостаток красных кровяных телец в крови, повышая гемоглобин и тем самым увеличивая доставку кислорода к органам и тканям. В то самое время я узнала, что не могу иметь детей и решила удочерить одну девочку, про которую говорила моя знакомая из приюта для бездомных людей. Это была Лекса. Забитая и испуганная малышка, которая боялась подходить к людям и большую часть времени молчала. Ее подобрали на улице, родных так и не смогли найти. Девочка была больная, через несколько месяцев выяснилось, что у нее серьезный порок сердца. Естественно, как бы мы не помогли моей приемной дочери? К тому моменту Эбби разработала новый препарат, и мы решили опробовать его на первой группе испытуемых, чтобы ускорить процесс заживления новой ткани в чужом организме. В таком случае нужна серьезная поддерживающая терапия, пока новый организм — реципиент перестанет отторгать орган или ткань от донора. Моей Лексе нужна была пересадка артериального клапана сердца, сама операция не сложная, но организм был очень слаб и истощен. В нашу группу испытуемых попали еще около шестидесяти человек, я помню Густаса — мужчина лет тридцати, нуждавшийся в пересадке обеих почек, Костия — девушка, которая нуждалась в костном мозге — лейкемия, и тому подобные случаи. На них и было решено провести первое испытание препарата, время поджимало. Все люди были не очень богатыми, те, кто не мог позволить себе дорогостоящее лечение и купить нужный орган в любой момент.
— Как мы знаем, испытание прошло неудачно? — нарушает повисшую тишину Беллами. Кларк и Лекса молчат, не двигаясь во время этой речи.
— Да. Сильные побочные эффекты перечеркнули пользу от экспериментального лекарства. Несколько человек умерло, кое-кто стал инвалидом. Моей Лексе еще повезло, она осталась жива, но теперь ей нужна максимально спокойная и размеренная жизнь, без стрессов и потрясений. Несколько человек подали иски в суд, но дело замяли, так как все подписывали согласие на именно экспериментальное лечение, с возможными побочными эффектами. Джаха, Диана, и родители Эбигейл Гриффин замяли скандал, который мог бы получиться просто коллосальным. Мы все разбежались — я и Лекса уехали в глушь, чтобы обеспечить ей тишину и покой. Твоя мать ушла из центра, Сидней и Джаха вплотную занялись политикой, Кейн ушел и открыл свое частное агентство, Джейк тоже отправился в политику. Вот и все. Больные люди получили небольшую компенсацию, чтобы им заткнули рот.
Тишина. Все немного молчат, пока Беллами не нарушает эту тишину.
— Мы все это знаем. Вопрос — зачем ваша Лекса поехала в университет, где учится Кларк?
— Она обманула и меня, — сердито говорит Аня, глядя на свою приемную дочь, — сбежала, захватив мои сбережения.
— Я хотела отомстить! — опять гневно восклицает молчавшая до этого момента Лекса, — посмотреть на дочь тех, кто сломал мне жизнь! Богатая, красивая, умная! Не жизнь, а сказка.
— Лекса, это ты стреляла на приеме? — в лоб спрашивает ту Беллами.
— Да.
Аня со страхом смотрит на Беллами, который вцепился в жертву и начинает вести допрос: