На секунду Беллами бросает взгляд на ее лицо — на нем написано только желание и возбуждение. Карие глаза встречаются с небесно-синими, и он на секунду замедляется, пока не подносит обе руки к ее груди и мягко не опускает каждую ладошку на мягкое полушарие.
Кларк шумно вдыхает, пытаясь осознать, что вообще происходит. Никто и никогда не трогал так ее грудь, утехи с Финном были довольно платоническими. А сейчас такое чувство, что мозг полностью отключен, что тело парит в непонятной невесомости и весь мир сосредоточен только на его руках, на его пальцах, мягко поглаживающих грудь и чуть задевающих сосок. Дикое возбуждение теперь захлестывает и ее тело, между ног появляется нестерпимое желание ласки и прикосновений. Чтобы эти руки потрогали ее промежность, ласкали ее клитор и…
— Кларк, — хриплый голос Беллами звучит так близко, — что ты хочешь?
Он смеет спрашивать ее об этом, пока делает эти невероятные вещи с ее телом? Полностью отключая мозг, заставляя забыть о природной скромности и нерешительности…
— Иди сюда.
И он идет. Своими губами продолжая неспешный танец ласк и поцелуев, проводя губами по такой чувствительной груди и уже набухшим соскам. Кларк опять запускает руки в его волосы, в эти такие приятные на ощупь и сексуальные на вид кудри, проводит по плечам…
И он идет к ней. Садится на колени, кладет свои руки на край ее пижамных штанов и застывает на пару секунд, ожидая сопротивления. Дело уже и так зашло слишком далеко, и он собирается сделать все еще хуже…
Но самое главное, что он не может остановиться. Тормоза не работают. Отчаянно хочется услышать ее стоны, почувствовать, как Кларк Гриффин бьется в его объятиях в конвульсиях наслаждения, как будет кричать его имя и умолять не останавливаться. Почувствовать ее…
Одним движением Беллами стаскивает с нее штаны и заодно трусики. И вот теперь может просто смотреть на обнаженную светловолосую богиню, которая лежит прямо перед ним в сумерках, освещенная лишь светом ночника… Теперь взгляд девушки направлен на его лицо, на его губы и на его полуобнаженное тело…
Медленно, он наклоняется над ней и целует левое бедро. Просто целует, сначала легким и невесомым поцелуем, а затем грязным и немного властным, утверждающе прикусывая кожу. Проводит языком чуть выше и добирается до пупка, обводя его языком, целует живот, двигаясь все ниже…
Кларк просто невероятно хорошо. Это все, что может прийти в данный момент в ее голову, одурманенную похотью и желанием. Никогда еще тело так сильно не горело в огне, желая большего. Каждое прикосновение губ на коже живота вызывает жжение и огонь по всему телу. Она никогда в жизни не лежала полностью обнаженная перед парнем и не позволяла так бесстыдно делать со своим телом все, что угодно.
Беллами другой. Это непонятное и интуитивное чувство, но он другой. Он знает, как заставить все тело гореть огнем и сосредоточить все желания и мысли только на одной вещи…
Которую он дает ей в следующий момент, когда утыкается лицом между ее ног и проводит языком по промежности. Всхлип, вырвавшийся из нее, кажется, будет слышно соседям, но уже плевать… Плевать на все на свете, в голове стоит какой-то странный туман, и все подчинено одной единственной цели…
Еще больше.
Еще сильнее.
Еще быстрее.
И теперь она бесстыдно раздвигает свои ноги, чтобы двигать бедрами навстречу. Трется о его лицо и хныкает, сжав руками покрывало на постели, потому что не получает желаемый результат. Чертов Беллами играет, заставляя следовать своим правилам: никуда не торопиться и доводить ее до полуобморока медленными и дразнящими ласками умелого и горячего языка. Нельзя быть такой мокрой, но сейчас Кларк может чувствовать влагу между ног, много влаги, которую он собирает… А потом тихонько касается клитора и чуть-чуть посасывает его… Кларк почти приходит в этот момент, но он резко отстраняется и теперь переключает внимание на другие цели, чуть засовывая язык прямо внутрь нее и так откровенно трахая влагалище. Она молотит руками по постели в беззвучном крике, просто невыносимо остро ощущая каждое прикосновение, каждое поглаживание и каждую ласку. Терпеть становится все невыносимее, и она так сильно хнычет от разочарования, что добивается своего: губы, о боже, его чертовы губы, на которые она так часто смотрела в последние дни, опять посасывают клитор, и она взрывается. Вспышки проносятся перед глазами, когда Кларк продолжает тереться об его лицо в волнах оргазма, продолжая желать еще большего и большего… Успокоиться просто невыносимо трудно, грудь часто-часто вздымается от рваных вздохов, тело обмякло и теперь не слушается хозяйку…
Сквозь затуманенный разум она чувствует, как он опять поднимается выше и опять целует ее живот, потом добирается до груди, потом до ключицы… Кларк чуть приоткрывает глаза и видит, как Беллами наклоняется ближе и тихо спрашивает:
— Хорошо?
— Ммммм…. — только и может протянуть она в ответ, наслаждаясь быстрыми поцелуями на своем лице, - да.
С усилием приподнимает свои руки и проводит по его груди, наслаждаясь ощущением крепких мышц под руками, гладкой и в то же время нежной кожи. Руки девушки добираются до его поясницы и теперь можно сразу же почувствовать, насколько он возбужден. Сквозь тонкую ткань брюк легко чувствуется твердый член, прикосновение к которому через одежду вызывает подергивание…
Кларк внезапно приходит в голову, что он остался без удовольствия. Это неправильно. Его тело… Боже, его тело просто создано для любви и секса, а то, что он только что делал с его языком… Кларк резко хватает теперь его штаны и стягивает их точно таким же движением, каким он снял одежду с ее тела. Беллами пытается немного протестовать, но она внезапно чувствует лихорадочный настрой и азарт: теперь ее очередь делать с ним все, что хочется.
А хочется много.
Для начала толкнуть на спину, и, не дав опомниться, сесть чуть выше колен и теперь ей рассматривать его. Совершенное загорелое тело, пресс, поросль темных волос в паху… и член. Кларк никогда еще не видела так близко мужской член, опять-таки, все утехи с Финном происходили в кровати под одеялом, а уж об эмоциях, испытанных ею сейчас, вообще не было никакой речи.
И сейчас этот потрясающий мужчина полностью в ее власти. Она смотрит на него внимательно, и Беллами только похотливо стонет, когда она проводит рукой теперь по его бедру, двигаясь рукой к желанному органу…
— Что ты хочешь? — пришел ее черед дразнить прикосновениями и вопросами.
— Не играй со мной, Кларк, — выдыхает он в ответ.
— Я спросила: что ты хочешь? — чуть более жестко спрашивает Кларк, нависая над ним и ловя мужской взгляд, направленный прямо на ее грудь.
— Потрогай меня, — слушается Беллами, и оба возбуждаются еще сильнее от таких громких и грязных разговорах.
— У меня есть идея, — Кларк наклоняется вперед и он захватывает один из ее сосков ртом, лаская языком, — ты знаешь, Беллами Блейк, я никогда в жизни не делала минет. Ты можешь научить меня?
Это все-таки алкоголь сейчас правит разумом, ибо сама Кларк никогда в жизни не сказала бы такого парню. Такая развратность и такой азарт в ее голосе никогда еще не появлялись в сексуальной жизни Кларк Гриффин.
Беллами чуть не кончает прямо там после таких слов. Кларк теперь целует его в губы, развратно, как опытная любовница. Куда подевалась скромная девушка, так робко и смущенно целовавшая его некоторое время назад?
Теперь она издевается над ним. Целует шею, потом грудь, поглаживает живот, опускаясь все ниже. Ловит дико напряженный взгляд темных глаз, когда наклоняется еще ниже и теперь ее лицо нависает прямо над его подрагивающим членом, который выглядит очень сильно возбужденным.
Кларк берет несколько секунд, чтобы рассмотреть то, что видит. Выпуклая вена идет сбоку, кончик блестит от скопившейся там влаги. Выглядит все это почему-то очень приятно и возбуждающе…