Кэт: Я пропустила начало Третьей мировой? Какое Гестапо?
Я: Локальное. Ужасное.
Лерун: Ужасно сексуальное и горячее Гестапо, с вайбом: «Убью за тебя».
Кэт: Таааааак, подробности?!
Лерун: Щас!
Я вижу, как она загружает медиа в чат и одергиваю себя, чтобы с досады не грызть ноготь.
Вечеринки в «Скай» одни из лучших в городе, а на открытие сезона всегда приглашают забугорных диджеев с мировыми именами. С семнадцати лет я не пропустила ни одной, но сегодня буду тухнуть на скучном вечере, слушать от отца, как мне правильно реагировать на ухаживания Евсеева, и смотреть, как мачеха жрет глазами моего телохранителя.
Справедливости ради - на него пялятся все особи женского пола в радиусе ста метров, где бы мы не появились. Это раздражает и бесит, потому что каким-то образом теперь в центре внимания не я и моя кредитка, а шрамированный айсберг.
Картинки Леры, наконец, загружаются в чат.
Я смотрю - и издаю громкий трубный стон раненой слонихи.
Аггер тут же ловит мое лицо в зеркале заднего вида, хмурится.
Я показываю ему средний палец - в отместку за то, что теперь даже в нашей болталке минимум десяток его фото с разных ракурсов: возле машины, со спины, в полоборота, когда прикуривает.
Я: Что, блять, ЭТО ТАКОЕ?!!!!
Кэт: Ахренеть… У меня трусы мокрые! Что за блондинчик?! Где таких продают?! Я наконец-то знаю, зачем мне безлимит на карте!
Лерун: Новый телохранитель Санни)) Кэт, он метра два ростом, клянусь! Такой брутал!
Кэт: Кажется, я теперь знаю, кто будет в моей голове в следующий раз, когда я возьму «кролика» 😏
Я: Кать, ты не будешь мастурбировать на моего охранника! Лер, я ЗАПРЕЩАЮ его фоткать!!!
Кэт: Ревнуешь?
Лерун: Ревнуешь?)))
Они печатают этот вывод почти одновременно.
Я закатываю глаза и откидываю затылок на подголовник.
Пытаюсь смотреть в окно и не думать о том, почему моя жизнь стала такой…тухлой.
Из чата пищит уведомление - Лерка снова меня тэгает и пишет, что в клубе будет Марк и что он как раз интересуется (через ее брата, с которым они каким-то образом вместе тусуются), буду ли я на вечеринке. Марк - сын главного «застройщика», красивый, дерзкий и абсолютно пустой внутри, как и все они. Но сейчас даже его компания кажется мне раем по сравнению с обществом Гестапо.
Я: У меня семейный ужин. Без вариантов, что меня отпустят.
Кэт: Сбросишь номер своего блондинчика?
Я: 🖕
Лерун: Она точно ревнует😏
Я: Мне на него плевать. Он старый и скучный как учебник.
Кэт: Старый?!
Лерун: Нашу Санни просто нормальные кобели еще не трахали - только щеночки. Прости ее, ибо не ведает, что несет))
Я: Лер, ты - сука.
Лерун: Кэт, спорим на 100 € что блондинчик скоро приручит нашу недотрогу?))
Кэт: Я в деле!
Я фыркаю. Приручит? Меня? Я - Александра Захарова, я и не таких чурбанов ем на завтрак и выплевываю косточки.
Хотя, глядя на широкие плечи Аггера, обтянутые дорогой тканью черной рубашки, понимаю, что тут косточками можно и подавиться.
Его физически слишком… много. Он как будто заполняет собой все пространство. С Олегом, я чувствовала себя хозяйкой машины, а с этим я тут словно заложница!
Мы въезжаем на территорию особняка. Ворота закрываются за нами с лязгом, похожим на звук тюремной камеры.
— У тебя час на сборы, - бросает Гестапо, глуша мотор. - В семь выезжаем в «Монако». Отец ждет.
— А ты? - ядовито спрашиваю я, выходя из машины - этот хам мне даже дверь открывает через раз. - Будешь стоять у столика и пускать слюни в салат?
Он медленно снимает солнечные очки. Его глаза - два долбаных Северных Ледовитых в миниатюре - прожигают меня насквозь. Я выдерживаю, хоть ощущается это реально почти как физическая боль. Веду плечами, чтобы спрятать разбегающихся по спине мурашек - не будет ему удовольствия смотреть, как я хочу свалить от этих глаз за тридевять земель.
— Я буду там, где должен быть, - спокойно констатирует Аггер. - Иди собирайся, Александра. И надень что-нибудь… приличное.
— Что…? - Я чувствую, как в ответ на этот «модный приговор» мое лицо вытягивается до размеров какой-нибудь идиотской африканской маски. - Ты теперь и мои трусы контролируешь, Гестапо?
— Если потребуется, - невозмутимо, даже не дернув бровью, отвечает он.