Господи! Черт, боже!
Вот уже пять минут я, оказывается, «старательно вчитываюсь» в перевернутый вверх ногами текст.
Хорошо, что в это время подскакивает официант и послушно исполняет мою просьбу передвинуть стул. Теперь я сижу к Гестапо спиной, надеясь, что вид моей голой до самого копчика спины и золотого шиммера на коже, притягивающие мужские взгляды, действуют ему на нервы.
Мы сидим за угловым столиком. Отец и Диана напротив меня, так что приходится терпеть ее слащавые ужимки и попытки изображать заботливую жену в перерывах между тем, как она лапает моего охранника совершенно очевидным взглядом.
— Виктор, милый, попробуй фуа-гра, - иногда для дела щебечет она, делая вид, что ей категорически не хватает внимания моего отца, пока он мычит и переписывается с кем-то в телефоне.
Мне тошно. Я допиваю бокал вина, едва ли притронувшись к карбонаре и филе-миньон.
Диана, как будто выдав себе разрешение на официальный флирт, раз законный муж игнорит ее попытки «играть в семью», снова поворачивается к Аггеру. Она - все-таки нужно это признать - красивая баба, и аппетитно сделала в правильных местах. На ней мое провокационное платье выглядело бы как штраф за нарушение норм общественной морали, а на мне… ну, что сказать - сисек, на которые месяц работала вся силиконовая промышленность, в моем декольте нет.
Я дергаю подбородком, буквально на подлете запрещая себе повернуть голову буквально на подлете ее взгляда.
Знаю, что она пялится на мое Гестапо, как кошка на сливки.
Сука.
— Александр! - громко зовет она. - Присаживайтесь к нам. Не стойте над душой. Виктор, скажи ему. Пусть выпьет вина.
— Он на работе, Диана, - бурчит отец.
— Глоток вина работе не помешает. Он выглядит, как ходячий иск за стресс на рабочем месте! - Краем глаза замечаю ее игривую улыбку. И как крутит ножку бокала. И как проводит языком по краю, как бы слизывая капли, но для меня это выглядит как призыв повторить с моим охранником все то же самое. - Александр, вы женаты?
Я с грохотом роняю вилку на тарелку. Звук в этой вылощенной тишине получается до противного резким. Несколько человек за соседними столиками оборачиваются.
— У тебя ранний климакс или просто недотрах, Ди? - громко спрашиваю я. Кажется, если бы не утроенный мною грохот, следующим делом она поинтересовалась бы размером его члена.
Повисает тишина. Отец, с побагровевшим лицом, медленно поднимает на меня взгляд.
— Александра, - громко шипит он, - выйди из-за стола. Немедленно. И приведи себя в порядок - ты снова напилась!
— Я говорю правду! - Вскакиваю, чуть не опрокинув бокал. - Господи, пап, ты что - правда ничего не видишь?! Она пялится на моего охранника так, словно хочет залезть к нему в трусы! Это мерзко!
— Деточка, я просто вежлива к обслуживающему персоналу, - хлопает глазами Диана. Боже, награда гильдии киноактеров, наверное, придет к ней пешком - этой игре в благородную работодательницу позавидовала бы Мэрил Стрип! - Отец прав - тебе нужно… освежиться и проветрить голову. Кстати, Виктор, я знаю адрес рехаба, в котором…
— Отлично, почему бы тебе самой не воспользоваться своим советом и не пролечить там бешенство пиз…!
— Александра! - на этот раз отец не сдерживается и рявкает так, что дребезжит не только посуда, но и мозг внутри моей черепной коробки. - В туалет. И не возвращайся, пока не будешь готова извиниться и вести себя соответственно!
Я фыркаю, хватаю клатч и, демонстративно покачивая бедрами, иду в сторону дамской комнаты. Взгляд Аггера в спину - тяжелый и давящий - ощущается как будто он повесил на меня огромную табличку: «Не трогать - взрывоопасно».
Но секунду мне хочется, чтобы вместо этого на той воображаемой табличке было написано: «Не трогать - Аггер убьет!», но этого, конечно, никогда не будет. Я знаю, что мои охранники, кто помоложе, всегда украдкой пускали на меня слюни, но никто из них не рискнул перейти черту - по многим причинам, но в первую очередь потому что я не давала никаких одобрительных намеков и потому что за такое мой отец кастрировал бы собственными руками.
Но Гестапо…
Он смотрит на меня как на пустое место. И иногда - как на проблему.
Но точно не как на женщину, даже если бросает что-то вроде «тоже».
Господи, Санни, хватит! Он просто… старый шрамированый мужик, и вообще не твой типаж!
В коридоре, ведущем к туалетам, полумрак и тихо. Я прислоняюсь к прохладной стене, пытаясь отдышаться и унять дрожь в руках. Открываю клатч, достаю фляжку. Пара глотков обжигающего алкоголя подействуют лучше любого успокоительного. А лучше выпить все залпом, чтобы вернуться за стол в состоянии глупой, ничего не понимающей рыбки, которая плевать хотела на попытки отца подложить меня под Евсеева и на то, как мачеха раздевает глазами ее личного охранника.