Медленно ставлю пистолет на предохранитель и кладу его на стол.
Руки не дрожат. Немецкая кровь, как любила шутить мама, не позволяет мне истерить. Но внутри все выгорает дотла за считанные секунды.
— Списывайте, - глухо говорю, пытаясь рассмотреть в серости бетонного бруствера сомнительные перспективы собственного будущего. - В штабные крысы я не пойду. Лучше сразу рапорт на увольнение.
Волков хмыкает, доставая пачку сигарет. Чиркает зажигалкой, выпускает облако дыма, которое тут же уносит ветер.
— Гордый какой. Немец, одно слово, - протягивает пачку мне. Закурить хочется страшно, но я мотаю головой. - Никто тебя списывать не собирается. Ты - очень дорогой актив, Саш. Государство в тебя слишком много вложило, чтобы отпускать на гражданку писать мемуары и кошмарить соседей флешбэками.
— Я не могу работать в поле. Вы сами видели.
— В поле - нет. В тени - да.
Волков лезет во внутренний карман куртки и достает сложенную вдвое папку. Бросает ее на стол рядом со стволом, который только что доказал мою профнепригодность.
— Есть задача. Нестандартная. Требует мозгов, выдержки и умения выглядеть убедительно в дорогом костюме. Стрелять, может, тоже придется. А еще - много думать и держать ухо востро.
Я скептически смотрю на папку, но все равно открываю.
Первое, что бросается в глаза - цветная фотография девчонки лет двадцати, вряд ли ей больше. Снимок сделан явно на каком-то мероприятии: профессиональный свет, бокал шампанского в тонких пальцах, запрокинутая голова. Она блондинка, и даже на безжизненном снимке ее длинные густые волосы выглядят так будто слегка колышутся от сквозняка.
Она красива той самой глянцевой, безупречной красотой, от которой меня мутит. Кожа на фото кажется такой гладкой и мягкой, что делает ее еще больше похожей на силиконовую куклу. Но, конечно, очень дорогую. Могу поспорить, что самая большая проблема в ее жизни - это пресловутый сломанный ноготь или закрытый бутик.
— Александра Викторовна Захарова, - поясняет полковник, - единственная дочь Виктора Захарова, владельца группы компаний «Транс-Логистик». Слышал?
— Логисты, - киваю. - Полукриминальная структура. Контрабанда под прикрытием белого импорта.
— Именно. Сейчас их прессуют. Захаров теряет позиции, его фуры горят, склады арестовывают. Он словил паничку и пытается выйти сухим из воды.
Волков делает паузу, стряхивая пепел.
— Есть информация, что сейчас Захаров ведет подковерные переговоры с «Портовым альянсом». Если эти двое объединятся - логисты и портовики - они замкнут на себе весь юг. У нас есть сведения, что «портовики» уже ведут переговоры с… «границей». Через этот коридор пойдет не только «серый» айфон, Саш. Там пойдут разные «интересные» компоненты для того, что потом полетит нам на головы.
Я перевожу взгляд с фотографии на Волкова, складывая несложную задачу.
Правда, для меня совсем непривычную. И я бы, конечно, послал все эти шпионские игры куда подальше, потому что винтовка - мой лучший способ «решать проблемы», но в ближайшее время она мне не светит.
— Моя задача?
— Сначала - смотреть, слушать, наблюдать. Далеко тебя не пустят, но условия для «карьерного роста» мы тебе организуем. Со временем, - смотрит на меня и усмехается, - чтобы не привлекать слишком много внимания. Рапортовать по требованию. Держать нос по ветру. Этого слияния нельзя допустить, Саш - у нас нас нет ресурсов воевать с этой гидрой, если они сольются в экстазе. Нам нужно сделать так, чтобы они не за одним столом бухали, а перегрызли друг другу глотки.
— Кого убрать? - спрашиваю деловито. Это было бы проще и это то, что я хорошо умею делать.
— Без приказа - никаких «зачисток», - бросает Волков. - За девкой следить в оба глаза - она полностью невменяемая: гульки, кабаки, бухло рекой.
Достаточно исчерпывающая характеристика для того, чтобы мой свежий шрам напомнил о себе острой обжигающей болью. И о том, почему мне придется мараться в этом гламурном дерьме - тоже.
— Почему не Захаров? - задаю, как мне кажется, резонный вопрос. Вряд ли эта малолетнаяя цацка хоть каким-то боком имеет отношение к папашиным схемам.
— Потому что к нему сейчас не подобраться. - Полковник бросает в меня цепкий взгляд. - И потому что есть еще кое-какая информация в разработке. Это все, что тебе пока нужно знать.
— Товарищ полковник, я офицер спецназа, а не нянька для мажорки, - морщусь от абсурдности ситуации и все-таки пытаюсь сопротивляться.