— Ну, чего кривишься? Где я тебе тут свежего молока раздобуду? Скажи, дорогуша, спасибо, что хоть консервированное есть!
Спасибо он, кстати, сказал. Разумеется, только после того, как с молоком разделался. Подошел и начал об ноги тереться. Сел, почесал его, тогда он мне спасибо и выдал ментально.
И только потом начал будить всех остальных. Пока народ, по очереди, совершал променад в соседней ложбинке, Иннокентий присматривал. За завтраком обсудили программу на предстоящий день. Оставаться дальше на месте ни малейшего смысла не имелось — лесные дебри почти совершенно непроходимые, а степь — она и есть степь. Через двадцать километров в ней ничего принципиально не изменится. Следовательно, надо лететь дальше. Куда? Предложений оказалось ровно три: вдоль береговой черты влево; вдоль береговой черты вправо; в глубину континента, ориентируясь на две наиболее высокие вершины горной цепи.
Выслушивая эти предложения, я задумчиво кивал, а потом невзначай так поинтересовался: задумался ли кто-нибудь из них, в какую сторону дует ветер? Оказалось, что на такую мелочь никто и не думал обращать внимание.
С учетом того, что ветер дул с моря, а боковой ветер дельтапланы не признают категорически, даже те из них, что снабжены небольшим моторчиком, два из трех предложений сразу отпали. А третье я предложил немножко подкорректировать. Дело в том, что лететь на восток к снежным вершинам не имело никакого смысла. Во-первых, судя по их виду, высота этих двух гор достигала по меньшей мере восьми километров, а полеты на дельтапланах без специального дыхательного оборудования отнюдь не предусматривали набор высоты, превышающей три километра. Во-вторых, нашей целью было не покорение вершин, а поиск перевала, через который мы сможем проникнуть на другую сторону горного хребта. Таким образом, наиболее целесообразным было бы изначально направиться левее, где на вершинах гор нет снега, и уже там искать перевал.
Поскольку возражений не последовало, мы занялись распаковкой и сборкой дельтапланов. Летательное средство не имело с мотодельтапланами, с которыми нам раньше приходилось сталкиваться, практически ничего общего, кроме дельтовидного крыла и трапеции. Да и само крыло было неожиданно большим — его площадь превышала 20 квадратных метров, и непривычно окрашенным. Верхняя сторона была черной, как южная безлунная ночь, а нижняя — серебристой. Легкий, почти невесомый трубчатый углепластиковый каркас, мягкое, удобное сиденье, подпружиненные стремена для ног. Сзади, на еще одной жестко зафиксированной трапеции был закреплен маленький электрический двигатель с пропеллером метрового диаметра. Непосредственно за сиденьем располагалась аккумуляторная батарея, а над ней — крепление для жесткой фиксации груза. По сути, это был простейший балансирный планер с электромоторчиком, предельно облегченный и одновременно рассчитанный на большие нагрузки.
При помощи By мы оперативно собрали шесть аппаратов. Седьмой, в запакованном виде, было решено поручить Радживу. Он сам полегче, и оборудования ему тащить не нужно. Я оборудования тоже не транспортирую, но у меня Иннокентий.
Канистру, в которой осталось не более пятнадцати литров воды, поручили Вильяму, а ведро с остатками мяса — Гансу.
Закрепили вещи, выслушали краткий инструктаж By и занялись фиксацией на себе дельтапланов. Иннокентия я посадил за пазуху. Покрутился, держа крыло на себе. Тяжеловато, конечно, но вполне приемлемо.
Подошли к краю обрыва. Взлетать, договорились по очереди. Первым — By. В качестве примера для подражания. Потом Дианта, следом за ней мужчины, а замыкающими — мы с Иннокентием. Теоретически на таком аппарате можно было взлететь и с ровного места, но с грузом я бы этого делать не стал. Не люблю бегать с рюкзаком за плечами. Особенно когда сверху болтается этажерка.
А так надо было всего лишь включить двигатель на средние обороты, сделать несколько шагов к обрыву и оттолкнуться. А потом, утвердившись в воздухе, можно было просунуть ноги в стремена и усесться в кресле поудобнее.
Ну что, первый пошел! Дельтаплан By чуть просел, когда его ноги шагнули с обрыва, но сразу же выровнялся и начал набирать высоту. Вслед за ним, с интервалом в несколько секунд, отправились в полет остальные. Иннокентий высунул голову из выреза моего комбинезона. Я ощущал, что ему чрезвычайно интересно и совсем не страшно. Включил двигатель и крепко взялся обеими руками за трапецию. Такое впечатление, что меня кто-то подталкивает в спину. Сделал несколько шагов, каждый из которых был ощутимо длиннее предыдущего, оттолкнулся и повис в воздухе. Чуть изменил положение тела, одновременно добавляя оборотов двигателю, и заложил плавный вираж, сопровождающийся набором высоты.