By ответил, что с измерениями закончил. Никаких аномалий не обнаружил. Народ отдохнул достаточно и готов отправляться в путь. Вот только как: пешком будем преодолевать ущелье или по воздуху? Больно уж не хочется разбирать дельтапланы, а потом собирать их по новой.
Разбирать, действительно, не хотелось, а шагать по камням пару десятков километров, неся на руках двадцатикилограммовых «птичек», обладающих большой парусностью, было бы несусветной глупостью. Поэтому решили лететь. Ручной пилотаж в ущелье, находящемся на двухкилометровой высоте, это, конечно, не самое безопасное занятие, но в данном случае имеет смысл рискнуть.
Действительно, оказалось, что не так страшен черт, как его малюют. Через полчаса уже летели над высокогорной долиной, разительно напоминающей земные альпийские луга. Н-Солнце стояло еще высоко, и мы решили лететь дальше без остановок, преодолеть следующий отрог хребта, и уже за ним, в долине, останавливаться на ночевку. Так бы, наверное, и произошло, если бы мы проложили маршрут немного левее, или правее. Но мы старались придерживаться направления строго на северо-восток. И, пролетая между двух остроконечных вершин горной цепи, обнаружили вулканическую кальдеру, заинтересовавшую нас так сильно, что на посадку пошли не сговариваясь.
Диаметр кальдеры по моим прикидкам составлял не менее 10–12 километров, а окружающие ее стены вздымались на высоту более трехсот метров от дна и с внутренней стороны были почти отвесными. В центре — небольшое круглое озерцо, диаметром метров в двести. Почти все внутреннее пространство было заполнено буйной растительностью. Лишь по берегам озерца имелось несколько свободных от леса песчано-каменистых площадок и луговин.
Перелетев над стеной внутрь цирка, мы сразу почувствовали действие мощного восходящего потока. Да, взлетать тут будет совсем не сложно, а вот садиться — весьма проблематично. Наши дельтапланы обладали крыльями увеличенного размера, и воздушным потоком их буквально подбрасывало вверх. Пришлось заходить на посадку не в планирующем, а в пикирующем режиме, переходя в горизонтальный полет со снижением над самыми верхушками низкорослых деревьев. Приземлялись на луг у озера.
Первое впечатление — очень тепло. Второе — жарко. Термометр показал 35 градусов по Цельсию. Температура воды в озере — 36 градусов. Лес, скорее даже не лес, а дикорастущий сад, почти целиком состоял из фруктовых деревьев и ягодных кустарников, ветви которых гнулись под весом плодов. Рай, если бы не было так жарко. Причем тепло исходило снизу, от земли.
Первым делом разделись. Дианта переоделась в извлеченный из рюкзака открытый купальник, а мужчины разделись до трусов. Я, в отличие от остальных, захватить с собой плавки не озаботился и щеголял в сатиновых трусах, немного более коротких, чем боксерские.
By и Дианта занялись проведением исследований, а мы с Иннокентием решили осмотреть окрестности. Дианта предупредила всех, чтобы ни фрукты, ни ягоды до ее проверки никто не пробовал. Сначала приносить все ей.
О присутствии в кальдере каких-либо представителей фауны кроме насекомых ничего не свидетельствовало, но на всякий случай я подпоясался и повесил на ремень ножны с тесаком. Иннокентий двинулся в разведку пешком.
По лугу мы дошли до ручья, впадающего в озеро, и дальше пошли вдоль него, направляясь в сторону леса. Пересекая каменистый участок, я обратил внимание, что в ручье что-то блеснуло. Наклонился и извлек из воды камень размером с кулак. Похоже на вулканическое стекло, только цвет непривычный — голубоватый.
Попробовал царапнуть поверхность кончиком тесака. Соскальзывает. Положил на землю и зажал ногами. Надавил кончиком тесака уже всерьез. Тот же эффект. Острие соскальзывает, не оставляя на поверхности ни малейшего следа. Твердость сплава, из которого изготовлено лезвие моего тесака, составляет 9,5 по шкале Мооса. В природе имеется только один более твердый материал — это алмаз. Без всякого сомнения, камень являлся алмазом. С кулак величиной. Никогда не слышал об алмазах такого размера. Посмотрел в ручье еще и выудил еще парочку, чуть меньшего размера. Похоже, что этого добра тут немерено.
Пошли дальше. Углубились в лес, который, по сути, представлял собой дикий запущенный сад, перемежающийся с зарослями кустарников. Никаких признаков какого-либо зверья не обнаружили. Через полчаса, убедившись в бесполезности дальнейших поисков, мы повернули назад.