сохшую бардовую кровь, его нога была слегка согнута, похоже он ее повредил. Он взглянул на витрину магазина, и Джинни мысленно поблагодарила братьев за то, что они заставили ее разными двигающимися фигурками. Амикус завернул за угол магазина, исчезнув с поля зрения. - Я... Мне нужно отойти, ненадолго, - сказала девушка, схватив висящую на вешалке куртку. Не успев подумать, что она делает, Джинни выскочила на улицу, только и слыша, как вслед ей кричат ее обомлевшие братья. Фред спохватился первым и в одном свитере выбежал на улицу следом за сестрой, но та была слишком проворной и быстрой, так что он сразу же потерял ее в глубине улочек, ошарашенно смотря по сторонам. Джинни пару раз повернула, а затем остановилась, чтобы отдышаться. Ей даже не хотелось думать о том, что с ней сделают близнецы, когда она вернется. Вряд ли у нее получится от них отшутится. Она застегнула куртку и, достав из кармана волшебную палочку, тихонько пошла вдоль стенки, идя вглубь аллеи Норктен. Джинни накинула на голову капюшон, укрываясь от завывающего ледяного ветра, который так и норовил укутать ее в свои морозные объятия. Красные от холода руки крепко сжали волшебную палочку, от чего костяшки пальцев стали мертвенно белыми. Девушка не спеша шла по узкой улочке, то и дело оглядываясь по сторонам. Она раньше здесь никогда не была, только слышала рассказы от своих братьев о том, насколько же тут жутко. Впервые в жизни они не приукрасили то, что есть на самом деле. Старые, побитые здания, были сделаны из кирпича, который давно потерял красный оттенок, превратившись в темно-коричневый. Черепица сыпалась прохожим на головы, и те еле поспевали отбегать в безопасные места. Потертые таблицы свисали с ржавых крючков, угрожающе нависая над головой. Сглотнув, Джинни стала спускаться по лестнице вглубь, туда где тропинки становились все уже и уже. В воздухе витал запах чего-то протухшего и совсем не свежего, отдаленно напоминающий фрукты, овощи и рыбу. Девушка уткнулась носом в воротник куртки, стараясь не вдыхать этот жуткий запах. - Куда-то спешишь девочка? - поинтересовалась, из неоткуда вынырнувшая, женщина в затертом до дырок плаще, кривым носом и гнилыми зубами. Во рту Джинни почувствовала горечь. - Потерялась? - Нет, что вы... - как можно спокойней ответила она, но старуха уже схватила ее за руку и поволокла к себе в магазин. Наверняка она решила, что это был ответ на первый, а не на второй вопрос. - Присаживайся! Зачем пожаловала? - она стала двигать многочисленные банки с обрезанными ногтями, бородавками, волосами и какой-то мерзкой болотной жижей, напоминающей рвоту. Девушка с трудом проглотила желчь, стараясь не вывернуть свой желудок прямо на темном, проеденном термитами, скрипящем деревянном полу. - Я... - Ногти? Кожа? Травы? - она по очереди указывала на то, что стояло на витрине. - Нет, спасибо, но меня ничего не интересует, - Джинни была в шоке от такой настойчивости и бестактности. - Оу... Что же тогда такая прелестная девочка делает одна вечером на аллее Норктен? - она выпучила свои красные глаза на Джинни, от чего той стало не по себе. Седые волосы выбились и тугого узла, торча во все стороны, словно были наэлектризованные. - Жду, знакомого... - солгала девушка, отходя к стенке. - Это не место для детей, - она ухмыльнулась, показав свои черные зубы. - Не надо нервничать, я плохого ничего не сделаю, - женщина стала приближаться медленно к Джинни, словно она была каким-то зверьком, загнанным в клетку. Только сейчас девушка поняла, что все еще сжимала в руке волшебную палочку. Джинни резко взмахнула ей, рассекая воздух и крича при этом: «Остолбеней!». Послышался щелчок пальцев, и заклятие отскочило в потолок, подняв пыль в воздух. Резкая боль затуманила глаза, мешая что-либо разглядеть. Джинни схватилась за правую руку, чувствуя, как кровь просачивается сквозь рукав ее бардовой кофточки. Она сжала плотно зубы, чтобы не закричать, а лицо исказила гримаса муки. - Хотела так просто сбежать? Не получится! Ох, как же мне сегодня повезло! Не каждый день встретишь таких красивых девочек! - ведьма была явно довольна собой, похоже, она была абсолютно уверена в том, что это именно она причинила Джинни адскую боль, а не ранение Амикуса. Женщина сдернула с девушки капюшон, довольно хлопнув в ладоши. - Мерлин! Еще и рыжая! А ведь это такая редкость! Твои родители отвалят за тебя целую кучу денег, я даже в этом не сомневаюсь, - она ухмыльнулась, заглядывая в карие глаза, которые поблекли от пульсирующей боли в руке. Девушка заметила в другом конце комнаты табуретку и, тихо прошептав: «Вингардиус Левиоса», бросила ее старухе в спину. Та вскрикнула и упала на пол, а Джинни, превозмогая боль, выкарабкалась с, практически разваленного, магазинчика и заставила себя побежать вдоль улицы, придерживая больную руку. Она обегала всех людей, слыша какие-то крики в спину. Сейчас ей хотелось только одного - поскорее отсюда убраться и никогда больше не возвращаться. Она блуждала улицами, пока не вымоталась в край и не оперлась об стенку, тяжело переводя дыхание. Изо рта клубками валил пар, спина была вся мокрая, а на шее были мокрые дорожки от пота. Бегать в зимней одежде было кармой. Джинни хотела стереть со лба испарину, но тут же заскулила, закусив нижнюю губу. Она перевела взгляд на правую руку, с ужасом заметив, что темно-бардовые, почти что черные, дорожки крови стекают по пальцам, глухо падая в снег, который моментально окрашивался в красные оттенки. Она так и не решилась сказать родителям об этой проблеме и пойти к врачу для того, чтобы вытащить эту дрянь из своего организма. Девушка тяжело сглотнула, откинув назад голову. Уже начинало темнеть, а на темной улочке фонари так и не включали. Джинни закрыла глаза, надеясь, что это хоть как-то сможет помочь ей, как вдруг она услышала знакомый голос прямо за поворотом. - О сумме не волнуйся, я все принесу тебе в срок, - произнес Амикус ровным голосом. Девушка не поверила своим ушам. Она аккуратно высунулась, наблюдая за тем, как он стоит к ней спиной, общаясь с каким-то мужчиной напротив. - Ох! Могу ли я на них взглянуть, сир! Мой дедушка рассказывал, что держал их еще когда был малышом! - в голосе другого мужчины слышалось возбуждение. - На эти безделушки? Они мне нахрен не сдались! Я бы хотел попросить утилизировать их раз и навсегда, - произнес безжалостно Пожиратель. В глазах мужчины напротив читалось изумление. - Мистер Кэрроу, но ведь это же... Это... - запинаясь, говорил он, не зная как правильно подобрать нужные слова. - Бенедикт, я плачу вам достаточно хорошо за эту работу! Если же вам этот бесполезный кусок дерьма так ценен, вы примите мое предложение, если же нет, то я найду другого мастера в этом деле. Не думаю, что вы один в этом городе так хорошо разбираетесь в древних заклятиях, - прорычал Амикус. Джинни даже представила его грозный взгляд и блестящие черные глаза. - Конечно, сир, - удрученно сказал Бенедикт, взяв в руки то, что ему дал собеседник. Девушка попыталась разглядеть, что же такое дал ему Амикус, но это было практически невозможно. - Надеюсь, что я могу на вас положиться. - Непременно, - ответил мастер, спрятав в карман сокровище. Ему не терпелось их внимательно рассмотреть у себя дома. Амикус оглянулся по сторонам, а затем резко посмотрел туда, где была Джинни. Девушка быстро отстранилась от укрытия и рванула вверх по улице, стараясь не смотреть вслед. Она повернула один раз, другой, третий, думая, что эти улицы никогда не закончатся, и вот она выбежала прямиком к банку Гринготс, тяжело дыша. Она глянула через плечо, думая увидеть там Пожирателя смерти, но кроме летающих оберток ничего не заметила.