, кто смог бы остудить его нрав. Сам по себе взгляд замер у подножья камина, превращаясь из грозного в печальный. Джинни не сразу заметила, что на нее смотрят. За вечер, она не проронила ни единого слова, так как истощенное подсознание подсказывало, что еще одно сказанное ею слово может вылиться эмоциональным всплеском, а ее родителям пока что хватит и одного раненого Джорджа, с плачущей матерью в подарок. - А где Букля, Гарри? - ласково спросила Молли, и парень перевел свой измученный взгляд на нее. - Можем поставить ее возле Сычика и покормить. От этих слов Поттер побелел еще сильнее и, схватив свою рюмку, осушил ее до дна. Что-то Джинни подсказывало, что Буклю она больше не увидит, никогда. От одной мысли стало дурно, так как две смерти и одно ранение за одну ночь - это слишком. - Подожди, Гарри, вот сейчас пойдет разговор о том, что ты снова это сделал, - пробормотал неожиданно Хагрид. - Выскользнул от него, победил его, когда он чуть ли тебя не убил! Джинни шумно втянула воздух, но этого никто не услышал, так как Гарри начал пьяно противоречить ему: - Это не я. Это моя палочка. Моя волшебная палочка действовала сама собой. Этого девушка уже не могла вытерпеть, она тихо встала и пошла к себе в комнату, бросив матери, что ей слишком холодно, поверить было не сложно, так как девушку трусило с головы до ног. Оказавшись подальше от всех, Джинни наконец-то спокойно выдохнула, чувствуя себя легче, чем там, внизу. Остальные три дня творился какой-то бардак. Мама заставляла девушку помогать все время ей по дому и, как на зло, постоянно ставила ей в помощники Гарри. Джинни нечего не имела против его компании, даже была бы рада работать с ним, если бы только не эта чертова клятва, которую вспоминали то ли парень, то ли девушка, в нелепой реплике. Радости не дало и признание Гарри в том, что он действительно собирается отправиться в это опасное путешествие, от чего сердце Джинни больно сжималось, лицо бледнело, а слезы наворачивались на глаза. Каждый вечер, после таких физических упражнений, девушка падала в кровать, сразу же засыпая, а на следующий день по новой: Джинни убери в саду, Джинни помой посуду, Джинни накрой на стол, Джинни отвали! Только одно событие заставило ее пару раз забыть о сне и заставить свои мозги отчаянно мыслить. - Как думаешь, - начала девушка одним темным вечером, сидя в своей комнате вместе с Гермионой, - что подарить ему на день рождения? - Ты имеешь ввиду Гарри? - спросила Гермиона, чтобы убедиться о ком идет речь. Ее подруга лишь кивнула в ответ. - Хм... Честно, не знаю, у тебя есть идеи? - Есть одна, но мне будет нужна твоя помощь, - Джинни хмыкнула, поджав к себе ноги. Так как идея была абсурдной, учитывая количество людей в доме, и прекрасной одновременно. - Не вопрос, - небрежно махнула рукой Гермиона. - Скажи только, что мне надо делать. - Отвлечь всех остальных на минут тридцать - сорок. Гермиона уставилась на Джинни, будто бы та сказала самый настоящий бред в своей жизни. - А тебе это зачем? - осторожно спросила шатенка, пытаясь заглянуть в лицо своей подруге. - Хочу, чтобы он меня помнил, ведь если все, что ты рассказала мне про ваши опасные поиски - правда, то... - Джинни пошатала головой, пытаясь даже не допускать мысли о том, что кто-то из тройки умрет. - Погоди, - начала Гермиона, понимая к чему клонит рыжая. - Что ты собираешься ему подарить? - Себя, - тихо ответила Джинни, смотря на стенку напротив, она просто не осмеливалась поднять глаза на свою лучшую подругу. Шатенка молчала и, не выдержав этой нагнетающей тишины, Джинни, все-таки, решилась повернуть голову в сторону кровати напротив. У Гермионы отвисла челюсть, она, открыв рот, смотрела в карие глаза, не в силах сказать хоть что-то. - Знаю, не самый лучший подарок, но... - Ты сумасшедшая? - перебила ее Гермиона, уставившись на подругу грозным, как у матери, взглядом. Джинни поежилась и отвела глаза в другую сторону. - Это ведь то, что я думаю, так? - О Господи, Гермиона! - возмутилась девушка, откинувшись на подушку. - Называй вещи своими именами! Шатенка залилась бурой краской, а ее выражение лица смягчилось. - Ты хочешь его соблазнить? - Не совсем, - Джинни отрицательно пошатала головой. - Если он не захочет, то я не буду настаивать. - Но он захочет, - не успокаивалась Гермиона, - и ты это прекрасно знаешь, Уизли. Рыжая подняла недоверчиво одну бровь вверх, смотря на подругу. - Черт возьми, Джинни! - вновь стала возмущаться Гермиона, правда уже не по поводу идеи на тридцать первое июля. - Ты ему нравишься! Сколько раз можно тебе это повторять? Скажу больше, он в тебя влюблен! Безумно! Ты хоть понимаешь, как он будет себя за это винить? - А в чем его вина то? - непонимающе спросила девушка. - Это мое решение, может... Может я его вообще больше никогда не увижу?! - Джинни крепко зажмурила глаза, откинув вверх голову. - И тогда я буду жалеть о не сделанном... - хмыкнула девушка, вытирая рукавом сбежавшие по щекам слезы. - Точно так же, если не скажу Рону, что люблю его, хоть его гиперопека меня просто выводит из себя; точно так же, если я не скажу тебе, что ты моя лучшая подруга, которая, одна из немногих, не отвернулась от меня после... - она замолкла, пытаясь не вспоминать застывшее тело девушки в больничном крыле. Слезы ручьем катились по ярким веснушкам, и Джинни сдалась, уже не пытаясь остановить бурю нахлынувших эмоций. - Ты не представляешь, как я хочу пойти с вами, хочу помочь, хочу быть вам нужной, но мне нет, во-первых, 17-ти лет, а во-вторых, это задание мне не предназначалось. - Я и вправду не могу тебе все рассказать, - грустно пробормотала Гермиона, немного шокированная таким откровением. - Я знаю, и в этом нет твоей вины! Я понимаю, что это должно быть в полной секретности, чтобы Волан-де-Морт, с помощью чужих мыслей, не догадался об этом задании, - Джинни тяжело вздохнула, продолжая. - Но помимо этого я понимаю и еще пару вещей, куда страшнее вашей тайны. Я прекрасно понимаю, что могу умереть, что может не стать кого-то из вас, из родителей, братьев, я не хочу думать об этом, но это так! Все возможно! Так почему бы и нет? Гермиона молча стала теребить прядь своих каштановых волос, обдумывая сказанное. - Ты несовершеннолетняя... - начала было шатенка, но Джинни сразу же ее перебила, вставив свои пять копеек: - Лаванду это особо не остановило. - А что если ты... Ну, того... - невнятно промямлила Гермиона, заламывая пальцы на своих руках. - Забеременею? - спросила рыжая, а ее подруга лишь легко кивнула. - А контрацепцию для чего, по-твоему, придумали? - Ты и это знаешь?! - Поверь, поживи ты с Фредом и Джорджем, будешь знать и не такое, - отмахнулась Джинни, задумчиво смотря в потолок. - Они редкие извращенцы! - Я вижу, - начала Гермиона, смеясь. - Ты не далеко от них ушла. - Так что, поможешь? - Ладно, помогу, - согласилась Гермиона, а губы Джинни расплылись в победной улыбке. - Только без глупостей! «Без глупостей! А как же! Сама мысль, уже, кажется глупостью.» думала про себя Джинни, заламывая пальцы рук утром тридцать первого числа. И что ему сказать? Какую-то сентиментальность? Банальность? В голове было тысячи идей, но только вот каждая следующая девушке казалась еще хуже предыдущей. Тяжелые шаги за дверью означали, что Гермиона ведет парней мимо ее комнаты наверх. Судорожно вздохнув, Джинни слегка приоткрыла дверь, сказав: - Гарри, можешь зайти на минутку? Сердце бешено стучало в груди, норовя выпрыгнуть и убежать куда подальше. Упершись спиной об стол, Джинни смотрела на дверь, не спуская темно-карих глаз. Она с легким скрипом отворилась, и блик от очков отбился прямо в глаза девушки, заставив ее прижмурится. Гарри оглянулся по сторонам, осматривая комнату, затем он перевел взгляд не свою бывшую девушку, заглянув глубоко в карие глаза, будто бы видя ее замысел насквозь. Сглотнув, Джинни набрала в легкие, для храбрости, воздуха, сказав: - Поздравляю с совершеннолетием. - Ага... спасибо, - промямлил Гарри, пытаясь не отводить своих ясных глаз с девушки. - Красивый вид, - он кивком указал на окно, пытаясь хоть как-то завязать разговор, но Джинни было совершенно все равно, ее мысли были заняты одним, словно мантру, она каждую секунду повторяла свою речь у себя в голове, смотря заколдовано на парня. - Я не могла придумать, что тебе подарить, - пробормотала Джинни, тихим голосом. - Ничего и не надо, - сразу же возразил парень, неловко топчась на одном месте, он разглядывал свои серые кроссовки. - Не знала, что тебе может пригодиться. Большое не подойдет, потому что не сможешь взять с собой, - продолжила девушка, заламывая свои длинные пальцы. Брюнет, слегка поднял на нее взгляд и тут же опустил, легко улыбнувшись. Джинни подошла ближе к Гарри, пытаясь заглянуть в его, обычно веселые, светлые глаза. - Я подумала подарить что-то такое, чтобы ты меня помнил, даже если на пути тебе встретиться какая-то ведьма. - Если честно, - брюнет поднял голову, чтобы посмотреть на рыжую девчонку, в его глазах играли смешинки, то ли от нелепости этой ситуации, то ли от глупости сказанных слов, - вряд ли у меня будет время для подобных встреч. - И вот, что я придумала, - прошептала Джинни, поцеловав парня, пытаясь передать этим поцелуем всю свою боль, отчаяние, муки, любовь, страсть. Поначалу, девушка думала, что Гарри ее оттолкнет, но нет же, он ответил на поцелуй с не меньшей страстью, прося простить его за все, что ей пришлось из-за него пережить. Руки сами собой потянулись к угольно