***
К счастью Джинни, мазь, которую ей передала мадам Помфи, не слабо помогла, так как жгучая боль стала тупеть, а вскоре и вовсе от нее осталось лишь слабое покалывание, на которое девушка, уже, практически не обращала внимание. Рука слегка кровоточила, поэтому приходилось каждые три часа наносить мазь по новой, через боль вытирая остатки прошлого лекарства. Девушка только и успела перекинуться с Луной и Невиллом парой слов, так как ей надо было уже идти к Амикусу в его кабинет. Друзья договорились встретится в выручай комнате примерно в восемь вечера. Девушку никак не покидала мысль о мече Гриффиндора. Ей снова и снова представлялась рукоять, усеянная рубинами, тонкое серебряное лезвие, которое отбивало бликами свет на темный потолок. Джинни понятия не имела, зачем Снейпу меч. Возможно, он знает, для чего Дамболдор намеревался отдать его Гарри? От этих мыслей желудок скрутило, так как данный исход событий не предвещал ничего хорошего. Подойдя к двери, Джинни постучалась: как-никак, но некоторые манеры все же берут верх. Ответа не послышалось, поэтому девушка повторила движение, а затем приоткрыла дверь и аккуратно зашла, стараясь не шуметь. Кабинет был как всегда темным и пыльным. В воздухе витал запах тухлых яиц, из-за которого завтрак подкатывал к горлу, грозясь вырваться наружу. Амикус, как и Джинни, не пришел на ужин, правда стоящая на парте пустая тарелка с засохшим по краям соусом, свидетельствовала о том, что он не выходил из комнаты довольно-таки долго. Сам мужчина сидел за своим столом и что-то яро писал, не замечая, что к нему пришли. Джинни подошла поближе и разглядела небольшой кусок пергамента, на котором мелким шрифтом было написано послание. Девушка не смогла разобрать что было там написано, так как читать вверх тормашками, да еще и мелко, было вовсе неудобно. По мимо строчек, в верхнем углу бумаги был нарисован какой-то символ, который Джинни разглядеть не успела, потому что Амикус, заметив девушку, быстро свернул бумажку. - Тебя не учили стучаться? - едко спросил мужчина, сжав переносицу пальцами своей правой руки. - Думаю вам надо проверить свой слух, ибо я ждала ответа под дверью несколько минут, - сухо отметила Джинни и, не дождавшись приглашения, села за первую парту прямо перед рабочим столом учителя. Девушка смотрела куда угодно, только не на профессора, пытаясь избежать его взгляда. - Кстати, я хотела бы попросить разрешение на участие в квиддичном отборе на роль охотника гриффиндорской команды, - вдруг вспомнив, произнесла Джинни как можно толерантнее. - Минерва у меня уже просила за тебя, - небрежно бросил Амикус и, обгнув стол, оперся спиной об его край. - Она говорила, что в прошлом году ты завоевала с братом кубок. - Не правда, все тогда хорошо сыграли, - не согласилась Джинни, сложив руки на груди. С чего бы Амикуса это интересовало? - Но отметила она почему-то только тебя. - Потому что из того состава почти все были семикурсниками. - А капитаном был Поттер? - пожиратель склонил голову набок, с интересом уставившись на девушку. - Да, - медленно ответила Джинни, не понимая чего он добивается. - Ты с ним была знакома? Расскажи о нем что-то? Так вот в чем дело! Его интересует Гарри. Явно хочет показать себя перед Волан-де-Мортом. Девушка сглотнула, придала лицу уверенности и, как можно спокойней, ответила: - Конечно, он же из Гриффиндора! Рассказывать, впрочем, нечего, он был моим капитаном, не больше. - Понятно, - не зная что и сказать, произнес Амикус, грызя ноготь своего большого пальца. Под ногтем была черная грязь, но его это, похоже, особо не смущало. - Будете меня наказывать, да? - осторожно спросила девушка, поражаясь тому, насколько может быть спокоен Пожиратель. Может не все пожиратели такие злые? Возможно, они просто прикидываются? Джинни сразу же отдернула себя от этих мыслей, сжав руки в кулаки. Она поражалась тому, как далеко могут завести ее мысли. Если же использование непростительных заклинаний уже на двух учениках - часть их гениального плана, то она его явно не поддерживает. - Ох не знаю, не знаю... - ответил мужчина, оторвавшись спиной от стола с небывалой ранее грацией. Девушка впервые заметила то, с какой легкостью передвигается Пожиратель, словно он не ходит, а летает. Вспомнилось то, как Амикус неуклюже спускался по холму, подвернув слегка ногу, как вылетел из-за поворота, чуть не упав, сцепившись в схватке с девушкой. Сейчас же его грация поражала, даже Гарри, который всегда, казалось бы, ходил ровно, уверено, был новичком по сравнению с легкой походкой Пожирателя. Мужчина уже не так сутулился, а выравнивал спину, становясь на пару дюймов выше, чем обычно. Его темные глаза пылали опасным огоньком, от которого легко можно было получить ожог, если не сжечь себя заживо. Под глазами на бледной коже отчетливо виднелись темно-синие круги, словно он уже вторую или третью ночь подряд не спал, а из-за ворота рубашки выглядывал небольшой рубец. - У меня к тебе есть предложение, думаю, ты не откажешь, - его голос был вкрадчиво мягким, словно у хищника, загнавшего свою добычу в угол. В груди у Джинни все похолодело. Живот стянуло в тугой узел, а дыхание сбилось, словно у рыбы, выброшенной на сушу. Глаза мужчины неотрывно смотрели на девушку, прожигая насквозь. - Обещаю, что больше не трону тебя, и ты можешь шляться со своими дружками по замку сколько хочешь, - на лице у девушки появилось удивление, которое она быстро скрыла, но не настолько, чтобы этого не заметил Амикус. - Ты ведь тогда была с тем рейвенкловцем, я уверен. Хотели напугать нас с сестрой небольшим фейерверком? Иль может у того парнишки был день рождения? - он наклонился к Джинни, обдавая ее ужасным запахом, который доносился из ротовой полости. - Могла хотя бы спасибо сказать, за то, что я тебя выгородил, а не орать и обвинять меня во всех грехах сегодня утром. - Что тебе от меня нужно? - намного уверенней, чем она думала, сказала девушка. - Всего лишь послушание и доносы на всех и вся, - он наклонил голову на бок, протянув свои грязные пальцы к мертвенно бледному лицу Джинни. Она сидела неподвижно, словно ее кто-то обездвижил заклинанием «Петрификус Тоталус», по крайней мере, ощущения были такие же: внутри все изнывало от ужаса, каждая клетка ее тела кричала: «Беги!», но вот мозг словно застыл в нерешительности, а ноги обмякли от неожиданного напряжения. - И еще кое-что, - с этими словами он прикоснулся пальцами к щеке Джинни, которая в немом шоке