— Он думает, инженер должен быть черный и загорелый, как шайтан из преисподни. И не говорить инженер должен, а рычать,— сказал Каир.— А Дамеш у нас вон какая.
— Да что это вы,— сказала Дамещ.— Вызвали меня для того, чтобы об этом сказать? Не подходишь, мол, для работы в цехе, ручки беленькие.
— Вот, вот,— Серегин закивал головой,— как раз в точку попала, мы тебя для этого и вызвали... Этот план ты видишь?
— Ну?
— Да не «ну», а смотри и думай. Хотя нет! Раньше о другом. Вчера пришли ко мне в партком два старых сталевара, один из них, конечно, Иван Иванович, это уж понятно, и вот какой разговор был у нас тут. Бригада Тухфатулина,— говорят они,— недостойна звания бригады коммунистического труда. Люди, получившие такое звание, должны быть не только хорошими производственниками, но и вообще хорошими людьми. А один из членов этой бригады — человек мелкий и дрянной, пакостник. Чего он только не наплел на партсобрании! Надо пересмотреть состав бригады и дурную травку вырвать из поля вон. Вот что они мне говорили... Как ты думаешь, правы они или нет?
— Конечно, правы,— ответила Дамеш.— Иглам- бек человек дурной, авторитет бригады от таких людей только падает.
Она поглядела на Каира, тот поймал ее взгляд и улыбнулся.
— Я его и не заметил,— сказал он.— На собрании смотрел только на одного Мусеке, на то, как он своих дурачков дергает за веревочку. Знаешь, очень поучительное зрелище.
— А ты когда с ним в последний раз говорил? — спросила Дамеш.
— Да я каждый день с ним по часу разговариваю,— ответил Каир.—О собрании он молчит как рыба, будто не он выступал против меня. Ну, и я тоже молчу.
— Значит, что-то обдумывает,— сказал Серегин.— Я этого черта, Мусеке, вот как знаю! Силен мужик. Будь готов к любой пакости, к самой неожиданной.
— Знаю,— ответил Каир.— Я его вчера в горкоме встретил. Я — к секретарю, а он — от него. Смутился и мимо меня бегом.
— Да, Базаров! — с сомнением покачал головой Иван Иванович.— Тоже хорошая штука этот Базаров.
— А знаешь,— Каир повернулся к Серегину,— он тоже что-то начинает задумываться. Вот вчера мы говорили с ним, говорили о разном, и под конец он меня как будто между прочим спросил: «Ну, а как, по-вашему, Муслим инженер знающий?»
— А может, он просто испытывал тебя?
— Да нет! Я по голосу слышу, что нет. А вот тебя, Николай Иванович, он не любит.
— Но это уж само собой,— усмехнулся парторг.— А ты, Каир, будь осторожен... Знаешь, что твой доклад скоро будет стоять на бюро горкома? Подготовиться заранее надо, чтоб и ты выступил во всеоружии... Теперь, Дамеш, вот зачем мы тебя позвали — будем осуществлять твой проект. Согласна?
Дамеш от неожиданности растерялась, а Серегин засмеялся.
— Да, действительно, нашел, что спрашивать.
— Ну, кто ж ее знает,— сказал Каир.— А вдруг Дамеш нам ответит: пока вы согласовывали да утрясали, проект успел уже устареть. Теперь ждите от меня новый. Так тоже может быть — она ведь у нас гордая.
— Шуточки можно оставить при себе,— вспылила Дамеш.— Я вижу, вы и сейчас говорите со мной через силу, товарищ директор. Обстоятельства вас заставляют, а то бы завели прежнюю песенку — не проверено, недодумано, нереально.
— Дамеш, Дамеш!—сказал Каир.— Милая моя, да я все на свете для тебя сделаю.
— Ты не для меня, ты для людей делай,— возмутилась Дамеш.— А мне не нужны твои благодеяния...
— Ну, товарищи,— Серегин даже испугался,— нельзя ли поспокойнее. Так вот, Дамеш, посмотри на план.., Видимо, это твоя паровоздушная смесь, как ты ее зовешь, будет поступать по этой же системе. Теперь вот вопрос — к какому источнику мы переключили твою установку?
— Как к какому? Ведь это все есть в моей докладной записке! Где она? — Дамеш повернулась к Каиру. Тот смущенно улыбнулся.
— Да я и сам ее ищу,— ответил он.— Я сделал из нее кое-какие выписки, а их нет! Видимо, засунул куда-то. А второй экземпляр твоей докладной в техотделе, В общем, вся проводка займет около двух-трех недель. Зашла Лида и сказала, что Каира вызывают к телефону из совнархоза.
— Иду! — Каир подошел к Дамеш и Серегину, положил им на плечи руки.— Итак, с завтрашнего дня начинаем работать над новой установкой системы Сагатовой. Для этого мы выделили целую бригаду рабочих. Ты, Дамеш, потом зайди ко мне.
Серегин и Дамеш остались вдвоем.
— Николай Иванович, я хотела с вами поговорить,—• оглянувшись на дверь, начала Дамеш.
— Что, запереть дверь на ключ? — улыбаясь, спросил Серегин.
— Тогда вы мне сказали несколько резких, но справедливых слов,—продолжала Дамеш,—а я по глупости...
— Не по глупости, а по молодости,— поправил ее Серегин.— И если ты действительно решила, что тогда была не права... -