Базаров говорил спокойно, не торопясь, обдумывая каждую фразу. На прощание, провожая парторга до двери, он прибавил:
— И еще одно: обрати внимание на бригаду коммунистического труда, она у тебя хромает на все четыре ноги. Даже и не поймешь, что там творится.
«Вот в этом он, наконец, прав»,— подумал Серегин.
Прямо из горкома он пошел в мартеновский цех. Там встретил сменного мастера Кумысбека Даирова, увел его в свой кабинет, усадил на диван и сам сел напротив.
— Куришь? Угощайся,— сказал он, протягивая мастеру пачку папирос и спички.— Слушай, Ораз в твоей смене работает?
Кумысбек затянулся и ответил:
— В моей! Только я его редко что-то стал видеть. Вчера, например, его на заводе совсем не было.
— Вот это номер! Как же это так? — изумился Серегин.
— Да вот, говорит, заболел. Конечно, заболеть недолго, это каждый может,— усмехнулся мастер,— но тут вот какое дело: бригада его стала плохо работать, как бы не пришлось нам на ней, как на передовой, крест поставить.
— То есть как же это крест! — воскликнул Серегин.
— Да вот так. Очень просто! И вам надо бы с Ора- зом хорошенько без свидетелей, один на один поговорить,— сказал мастер.— Что-то он скрывает... Ну, а потом и бригада не в порядке у него.
: — Почему не в порядке?
— Да так, людей нужно подбирать человека к человеку, а он собрал, как говорят, с бору по сосенке и сколотил бригаду, а многие и работать не умеют. Как варится сталь, и то не все знают.
— Как же это? — спросил Серегин.— Как же так не знают? Ты думаешь, что говоришь? Герой Труда, а бригада его не знает, как сталь варить... Что же она тогда вообще знает? Как он тогда работает с ними?
— Ну, конечно,— подхватил Кумысбек,— герой, герой... Только это он от вас и слышит... Поэтому все и пошло.
— Что пошло?
— Да все пошло. То пошло, что,его бригада норму не выполняет. Почему не выполняет? Как так случилось, что она с доски слетела?
— Вот я тебя и спрашиваю: почему?
— А я и отвечаю на это... Зазнался ваш герой, перестал за своей бригадой следить, набрал шайтанов, они так и работают.
Проводив мастера, Серегин долго еще сидел за столом, рисовал на бумаге квадратик за квадратиком и думал.
В самом деле, что же такое происходит? Почему лучшая бригада сначала сделалась рядовой, а теперь тянет в отстающие! В чем тут дело? Вот старый сталевар Иван Иванович любит говорить: печь что человек, у нее тоже свой характер, иногда работает, засучив рукава, а иногда вдруг закапризничает, и ничего тогда ты с ней не сделаешь.
«Все это верно,— подумал Серегин, рассеянно смотря в окно на ночной город.— Очень даже верно, не только у человека, но и у печи есть характер. Так что же говорить о целой бригаде? И все-таки с бригадиром что-то творится, надо только узнать что. Сагатовой разве позвонить? Они ведь в одной квартире живут, братом и сестрой считаются!»
Самый лучший месяц в степях Центрального Казахстана — июнь. Куда ни взглянешь, всюду безбрежное море ковыля, солнечные зайчики пробегают по его волнам, Пройдешь по холмам и ложбинам, взберешься на курганы, смотришь и думаешь: никогда не кончался бы этот прохладный душистый вечер и не наступила ночь.
Такое чувство испытала Дамеш, когда ездила в командировку в один из далеких степных совхозов. Сегодня она вспомнила эту поездку и почувствовала вдруг аромат стели. Да, завтра выходной, и, значит, сегодня можно лечь спать позднее. Но куда же пойти? В кино билетов
уже, конечно, нет, а в парк просто не с кем идти. А степь далеко за городом, да и поздно! И читать тоже не хочется, книга, взятая вчера в библиотеке, так и лежит нераскрытая. .
Зазвонил телефон, и очень знакомый голос попросил позвать инженера Сагатову.
Она улыбнулась: Каир ее не узнал,— значит, быть ей богатой.
— Я слушаю,— сказала она.— В чем дело?
— Это ты? — обрадовался Каир.— Смотри-ка, не узнал... Ты не спала?
— Да нет, конечно. А что? Опять хочешь пригласить меня в горы? Не пойду! И так потом хромала целую неделю.
Каир, как будто не расслышав ее последних слов, оживленно заговорил:
— Как раз угадала, хочу пригласить тебя, но только не в горы.
— Уже легче. Куда же?
— В театр. Из Алма-Аты в Караганду приехал Сер- кебаев. Сегодня его концерт. Ты ведь завтра выходная?
— И это ты знаешь. Откуда же?
— На то я и директор, дорогая! — ответил он.— Как твое настроение? Пойдем? Бери с собой Ораза и Ажар.
— А успеем? Сейчас уже шесть часов.
— Не беспокойся,” успеем. Билеты у меня в кармане. Значит, я жду. Да? — и Каир опустил трубку.
Когда Дамеш отошла от телефона, то увидела — в дверях стоял Ораз и смотрел на нее,
— Ты знаешь,— сказала она ему весело,— наш директор разгулялся. Пригласил нас всех: тебя, меня и Ажар — в театр на Серкебаева. Иди скажи жене, чтоб одевалась, а то опоздаем. '