Крис опустила револьвер, чувствуя, как дрожит ослабевшая рука.
- Что тебе от меня надо?..
Миг. Вздох. Доля секунды. А его уже не было рядом. Дроу сидел на подоконнике и раскуривал сигариллу.
«Боги! Он движется так быстро, что я просто не могу это заметить».
- Мне-то? Чтоб ты составила мне компанию в одной прогулке. Это желание закроет твой долг.
Волшебница только изумленно моргнула, вновь ставя оружие на предохранитель. Она ждала каких-то ужасов, но никак не банального «прогулка».
- Я могу узнать какие-то подробности?
Скримджой затянулся с наслаждением, выдохнул струйку дыма в потолом и широко-широко улыбнулся.
- Конечно! Мы едем в Морретонг. Столицу среди городов-государств темных эльфов.
На миг Кристине показалось, что она просто ослышалась.
- Ты рехнулся? – почти ласково поинтересовалась она.
- А что? У тебя клаустрофобия? – полюбопытствовал он, намекая на подземные города дроу.
- Да ты представляешь, что со мной там сделают? – воскликнула Крис, садясь на кровати, и уже совершенно забыв о своей привычке спать обнаженной.
Тонкая шелковая простыня медленно сползла вниз, открыв грудь, и соски были все еще напряженными от острого чувства опасности и близости дроу.
- Ничего не сделают, - отмахнулся Скримджой.
- Я, если ты вдруг забыл, - ядовито заметила она, - выгляжу, как светлый эльф. Которых темные эльфы очень-очень любят приносить Ллос в жертву.
Дроу пожал плечами и протянул сигариллу волшебнице. Та поколебалась, но взяла. Курить хотелось слишком сильно. Она смотрела невольно, как свет обеих лун обрисовывает его лицо, шею, кубики пресса на голом животе. Если бы он не был сумасшедшим психопатом, сложно было бы представить настолько привлекательного мужчину. Ну и конечно все это немного портили шрамы, а может и украшали? Крис не могла определиться в этом вопросе.
- Ты просто прикинешься дроуэссой, - безмятежно проговорил Скримджой, - вот и все.
- Как это? – опешила Крис.
- Просто. Красками. В разные сезоны модной бывает разный оттенок кожи: от пепельного – до угольно-черного. Женщины – они везде женщины, и используют специальную краску – и для кожи, и для волос. Вставай. У нас слишком мало времени.
- На этом мой долг будет отдан? - медленно спросила волшебница.
- Именно. Ну же! Идем!
2. Опасный план
На миг Кристине показалось, что она просто ослышалась. Она сидела на кровати, уставившись на своего врага, машинально повторив его позу: поджала одну ногу. Зыбкие тени обнимали их обоих своими невесомыми крыльями.
- Ты рехнулся? – почти ласково поинтересовалась волшебница.
- А что? У тебя клаустрофобия? – полюбопытствовал темный, намекая на подземные города дроу.
- Да ты представляешь, что со мной там сделают? – воскликнула Крис, скинув ноги с кровати, и уже совершенно забыв о своей привычке спать обнаженной.
Тонкая шелковая простыня медленно сползла вниз, открыв грудь, и соски были все еще напряженными от острого чувства опасности и близости сильного мужчины. Кожа ее казалось чуть светилась жемчужным цветом в лунных лучах, проникающих в комнату из окна.
- Ничего они тебе не сделают, - беспечно отмахнулся Скримджой, все так же наслаждаясь сладко-прогорклым дымом тлеющего вишневого табака.
- Я, если ты вдруг забыл, - ядовито заметила волшебница, - выгляжу, как светлый эльф. Которых темные эльфы очень-очень любят приносить Ллос в жертву. С этим – как быть?
Дроу пожал плечами и протянул сигариллу волшебнице. Та поколебалась, но взяла - курить хотелось слишком сильно. Куртка на нем все еще была распахнута, и девушка смотрела невольно, как свет обеих лун обрисовывает его лицо, шею, кубики пресса на голом животе. Если бы он не был сумасшедшим психопатом, сложно было бы представить настолько привлекательного мужчину. Ну и конечно все это немного портили шрамы, а может и украшали? Крис все так же не могла определиться в этом вопросе.
- Эльдар не так далеко ушли от нас, - проговорил наконец он, - хочешь пример? Легко. Чего стоит одна их излюбленная традиция в канун праздника Ночи Огней похищать кого-то из дроуэсс, ведущих свою линию напрямую от Лосс. Потом эльдары пленницу сажали в застенки до конца жизни, делали из нее Провидицу, и использовали ее силу, пока та не угасала.