Другая каменная слуга принялась расставлять по ступеням вдоль наполнявшегося бассейна очень низкие мягкие скамьи, принесенные из одной из комнат, перемежающиеся такими же низкими столиками. Зажглись еще магические светильники на колоннах, так что полумрак стал чуть менее вязким. Потом две лирии, взялись за руки, коснувшись лбами друг друга, сплетя руки и что-то забормотали. Тут же со стен, словно пыль сползала – на них проявлялись жуткие мозаики, искрящиеся драгоценными камнями, ужасающе правдоподобные барельефы с переплетенными телами, светящиеся статуи в нишах. Волшебница молча разглядывала изображение красивой пепельной девушки, держащей на ладонях блюдо с чьей-то отрубленной головой, и начинала понимать, почему Шедоу-Гард назывался Запретным Дворцом. Богатство убранства заставило бы позеленеть от зависти любого короля. Например, кровь, капающая с мозаичного блюда, выглядела точь-в-точь, как крупные рубины. А уж сколько в отделке использовали серебра….
Пол под ногами медленно стал приятно теплым, а воздух и вовсе сравнялся температурой с летним Дайсаром.
Скримджой тем временем растянулся в полный рост на чем-то похожем на лежанку из выделанной толстой кожи. Он скинул сапоги и опустил ноги вниз – в наполняющийся водой бассейн.
- Иди сюда, - позвал дроу девушку, - тебе нужно отдохнуть и согреться, тут было изрядно зябко.
- А обычная аптечка у тебя тут есть? – бесцветно поинтересовалась Крис, рассматривая порез на предплечье.
Темный скосил на нее взгляд оранжевых тигриных глаз.
- А где жемчужина, которую я тебе подарил? – поинтересовался он.
- Осталась в Аргентерии, - холодно ответила волшебница, так и не поднявшись с пола, - второй нет?
- Есть легенда, что жемчужницы – ловят вязкий лунный свет, от которого и зарождаются маленькие копии лун. Но есть жемчужница, которая смогла уловить солнечные лучи. Так и появилась поющая, поэтому она и лечит.
Внезапно этот приступ поэтического настроения снова разозлил девушку.
- Зубы мне не заговаривай. Есть аптечка или нет?
- Нет, иди, я перевяжу тебе руку, пока ты весь пол кровью не залила.
Крис поколебалась пару секунд, глядя на натекшую багровую лужу под собственными коленями, потом поднялась и подошла к врагу.
«Он не убьет меня, пока жив Джулгар, - думала она, - Бездна! Может, стоит все рассказать консорту? Может эти два паука сожрут друг друга, тогда я сумела бы ускользнуть. Малала только что сама говорила о дуэли трех…»
- Сними куртку и сапоги, - вырвал ее из размышлений враг.
Волшебница посмотрела на воду, такую теплую и манящую. Она представила невольно, как сбрасывает одежду и погружается в этот кипящий котел. Серьезно, если она не сможет хоть как-то расслабиться, она попросту свихнется. И вот тогда-то ей точно конец. Так что Крис с невольным удовольствием скинула и обувь, и верхнюю одежду. Потом подумала немного, мысленно махнула рукой и повернулась к темному.
- Распусти корсет. Ты затянул его так, что у меня начинается кислородное голодание.
- Сядь.
Она села к нему спиной, отчасти понимая, что дразнит его этим. Но с каждым распущенным шнурком дышать становилось легче, пульс успокаивался, а мысли становились все более ясными. Дроу помог ей, а потом сам скинул куртку и нижнюю тунику, оставшись обнаженным по пояс. Брызги воды оседали на его эбеновой коже, собирались в капли и прочерчивали влажные извилистые линии до его широкого ремня с вычурной шипастой пряжкой.
Крис невольно отвела глаза. Ее сводила с ума эта раздвоенность чувств.
С одной стороны, она ненавидела этого садиста и психопата настолько, что дышать не могла спокойно. Ненавидела и боялась, потому что шестым чувством точно знала: как только он покончит с делами – попытается убить и ее.
Но с другой стороны, это чудовище обладало каким-то практически животным магнетизмом, даже без гламоура. И у девушки во рту пересыхало, а в животе начинало сладко ныть, когда она ощущала, как сын дочери Лосс совершенно теряет голову от страсти.
Разум ее ненавидел собственное тело за эту реакцию, но ничего не мог поделать.
- Давай руку, - велел Скримджой.
Он вытащил из поясной сумки полосу белого полотна, потом промыл порез водой, льющейся из львиной головы, и плотно наложил повязку. Потом махнул рукой в сторону второй мягкой лежанки.
- Отдыхай, ненаглядная. Непонятно, когда у нас снова начнутся танцы, так что лови момент.