- Погоди-ка, погоди-ка... Сколько тебе лет? – потребовал он.
- Что за вопросы, - фыркнула Крис, испытывая настоящее смятение от его прикосновений и от понимания, что совершенно не должна так на него реагировать, - какая тебе разница?
- Интересно… Пятьсот? Нет? Триста? Двести? – он помолчал немного. – Сто?
- Тысяча, - зло сощурилась волшебница, желая уже только одного: убраться подальше, пока он не понял, насколько она беспомощна.
Глаза мужчины прищурились на миг, а потом наоборот расширились.
- Да не может быть… - пробормотал он себе под нос.
Клинок прижался к шее под самой скулой еще плотнее, а пальцы второй руки дроу принялись ловко распускать шнуровку на ее рубахе. И тут девушка отреагировала так, как реагируют все живые существа в неожиданной ситуации – по привычке.
Звук пощечины был заглушен звуком падающей воды, но Джулгар уставился на нее во все глаза. А потом просто рванул ворот, так что рубашка распахнулась, оставив волшебницу выше пояса в одном нижнем белье из тонкого лилового кружева. Звонко застучали по камню рассыпавшиеся декоративные серебряные застежки с нижней части рубахи.
Теперь темный разглядывал жадно ее всю – шею, грудь, подтянутый гладкий живот, и изумление его все росло.
- На тебе почти нет шрамов, - констатировал он, - ты не умеешь скрывать эмоции, а уж пощечина… Сколько. Тебе. Лет?
- Почти тридцать, - проговорила Крис, пряча глаза.
- Что?! Повтори! – темный встряхнул ее, схватив за обнажившееся плечо.
- Тридцать! – рявкнула волшебница. – И это не помогло Лиловой Гарпии!
- Ложь, - протянул консорт, убирая оружие, но не спеша отступить назад, - ложь – это великое искусство, на овладение которым нужно много времени. Ты не прошла даже инициации, ведь твоя кожа почти чистая, почти без шрамов, но твоя магия – она может быть только из Дома Боли, а значит, ты – вправду прямой потомок Лосс, только так ты можешь пробивать мои эмпатические блоки. Но при этом ты – несовершеннолетняя и принимать решения сама не можешь, а значит, за тобой должен присматривать кто-то… Тот мужчина с тобой – он твой опекун? Иного объяснения быть не может, и… погоди-ка! Это же он? Он победил Молбрин? Ну разумеется, богиня дала тебе в сопровождающие кого-то невероятно сильного.
Джулгар и сам не замечал, что его пальцы принялись ласкать кожу ее обнаженного плеча. Боги, до чего он дошел. Стоит тут и слушает, как бешено колотится его собственное сердце от прикосновений к молоденькой девчонке. Будто бы она – вовсе не дроуэсса! Но как это могло случиться? Он – очень избирателен в увлечениях и всегда желал только светлых эльфиек, да и то – никогда еще раньше прикосновение к женщине не лишало его разума. К тому же сейчас на нем было столько защитных заклинаний, что ни одна дроуэсса вовсе не могла заставить его потерять голову.
Вот уже пару лет он был совершенно неуязвим для любых чар, даже Прелестница сломала о него свои коготки.
Но эта девчонка… она была как ядовитый цветок, вкус ее губ уже отравил его кровь, и теперь сердцу все труднее было гнать ее по венам. Нужно было убить ее прямо здесь. Сейчас. Потому что потом – это мужчина ощутил с потрясающей ясностью – потом будет поздно. Если девчонка через минуту все еще будет дышать, для него это станет концом. Он попросту не сможет ее убить. Он забудет о цели, ради которой он явился в Морретонг, да и вообще обо всем, пока не утолит эту внезапную, совершенно неестественную страсть.
Ну же! Убей ее!
Она все так же смотрела ему в глаза, а его взгляд против воли все время останавливался на пухлых влажных губах, чуть приоткрытых, что выглядело невозможно призывно. И беззащитно.
Просто убей ее! Сейчас!
…или есть другой вариант.
Мысль была внезапная и практически гениальная. Он быстро повертел ее в голове и так и эдак. Потом покачал головой и отступил наконец. Крутанул клинок в пальцах, и тот скрылся в ножнах под широким рукавом.
- Это все меняет, - почти спокойно проговорил Джулгар, глядя на нее уже совсем иными глазами, - мне незачем разбираться с тобой, я просто убью твоего спутника и заберу тебя себе.
- Я тебе что, вещь? – приподняла одну бровь Крис, не торопясь ни отходить от перил, ни запахивать рубаху.
Ветер играл ее распахнутыми шелковыми полами, делая их похожими на широкие и легкие крылья черной птицы. И Джулгар едва не рассмеялся, ощутив укол ревности, представив, как пальцы налетевшего ветра ласкают эти точеные плечи цвета остывшего пепла.
Нет, он решительно сошел с ума.
Но он не может просто сдаться ей, не смотря на все ее мертвячьи чары. Есть способ поддаться своей страсти, сохранить лицо и выполнить свою крайне важную миссию. Нужно просто взять ее, как берут трофей. Добычу. Тогда никто не сможет его осудить, это будет не занятие любовью, а покорение вражеской крепости. А потом, раз уж она – тоже потомок Лосс, причем, более близкий, чем королева Биларра…