Скримджой смотрел на нее теперь с веселым изумлением.
- Заберет себе-е-е? – протянул он. – Ну ты и шустрая. Это как ты смогла подтолкнуть его к этой идее? Да еще так быстро?
- На него уже подействовал – гламоур, - призналась Крис, - вроде как, такого не должно быть, на нем куча защитных чар, но все равно сработало. Дело в этом.
- Во-о-от как… - хихикнул совершенно легкомысленно Скримджой, и в глазах его зажегся совсем нездоровый блеск. – Гламоур, говоришь? И что он прямо так тебе это и сказал?
Крис отвела глаза, пытаясь подобрать слова.
- Не-е-ет, - покачал головой темный, - он же должен был проверить твои шрамы, чтоб определить – прошла ли ты инициацию или еще нет. И он просто вырвал шнуровку из твоей рубахи. А значит, его должно было здорово накрыть. Скажи, ненаглядная, он целовал тебя?
Отвечать на подобные вопросы, когда тебя прижимают к кровати против твоей воли – чертовски унизительно. Девушка ощутила, как от гнева кровь прилила к ее щекам.
- Да, - выплюнула она в лицо своего врага, - и знаешь, мне понравилось.
- Да-а-а? Тогда почему…
- Что – «почему»? – девушка напряженно смотрела в его оранжевые глаза, ожидая продолжение.
- Почему у тебя не припухшие губы, ненаглядная?
Ответить она не успела. Уже его губы, жесткие и грубые, смяли ее чуть приоткрытый рот. Язык скользнул внутрь, сминая ее собственный. Потом дроу чуть прикусил ее нижнюю губу, сжав ее зубами, а его язык принялся играть колечком, причиняя этим боль.
Девушка сопротивлялась, как пойманный в силки лесной зверь, вот только охотник был гораздо сильнее. Страсть в нем вызывала не сама она, а необходимость сдерживаться, чтоб не причинить ей вред раньше времени. Он сам останавливал себя, и это и распаляло чудовище, все больше разжигая его аппетит.
- Вот так гораздо лучше, - промурлыкал он, снова выпуская мышь из своих когтей; на время, конечно же, только на время, - теперь по тебе хоть видно, что ты целовала кого-то. А пока возьми это. Пригодится.
Он поднялся на ноги и надел на палец девушки перстень с крупным темно-зеленым камнем.
- Это драконий безоар. Опускай во все, что ты пьешь. Начнет светиться – значит, есть яд.
- Тебе-то какая разница? – устало проговорила девушка, чувствуя, как дрожит ее голос. – Ну отравят меня, и что? Тебе уже не нужно прикрытие – сиди и жди, когда Джулгар придет сам за тобой.
- Этого мало. Нужно узнать о нем еще кое-что. Так что не вздумай умереть. А я, пожалуй, пока тоже продолжу отдыхать.
Он вернулся к бассейну, растянувшись на одной ступени, все так же не выпуская изо рта трубку кальяна, а одна из двух девушек, повинуясь жесту, опустилась на него сверху, сжав бедрами его талию.
- Не мое дело, - пробормотала Крис, проходя мимо, - я просто хочу отсюда убраться.
Когда прибыла колесница, угольно черная, запряженная белоснежными шеебо, Молбрин, уже одетая в причудливую новую броню и вооруженная, безмолвно последовала за волшебницей. Она не села на мягкий диван, а устроилась на запятках. И все так же – взгляд отсутствующий, и ни одного слова.
На сей раз они доехали достаточно быстро. У огромного сталагмита, светящегося всеми оттенками оранжевого и пурпурного двое мужчин в белых длинных туниках подали Крис ладони, помогая ей сойти, а потом кланялись всю дорогу до двустворчатых дверей. Это было неприятно и странно. Внутри царила вызывающая роскошь: дроу тоже в белом с подносами и опахалами из больших переливающихся перьев низко кланялись, обнаженные темные, выкрашенные золотой и серебряной краской, изображали живые статуи: момент сражения, секс или пытки – не особо большой набор сюжетов. Всюду золото, тяжелый бархат и магические светильники. Холл в жилище ведьмы куда больше напоминал сокровищницу сказочного дракона, чем место, где кто-то живет. Да еще – повсюду магия иллюзий – переливающаяся, волшебная, искусная игра световых чар.
Впрочем, похоже, это место использовали как что-то вроде приемной, не только для самой Малалы, но и для ее приближенных. По крайней мере по холлу туда-сюда сновали дроу в черных капюшонах – явно куда выше по статусу, чем остальные, и все явно по каким-то делам.
«Кажется, этот ужин мне надолго запомнится, - с содроганием подумала Крис, оглядываясь на живую скульптуру, в которой изображающий жертву был облит с ног до головы чем-то очень уж похожим на кровь, - я начинаю по-настоящему ненавидеть темных эльфов…»
У основания длинной винтовой лестницы ее усадили на небольшую платформу, заваленную мягкими подушками. Потом четверо мужчин, обнаженных выше пояса с блестящей от масла кожей и тяжелыми золотыми ожерельями на идеальных шеях, подняли эту платформу на плечи и так понесли по лестнице вверх. Это тоже было не слишком приятно. Пару раз ей приходило в голову, что ведьма хочет так приколоться и на какой-нибудь ступеньке попросту уронить волшебницу с лестницы. Но обошлось. Молбрин, лиловая Гарпия шла следом, не производя ни малейшего звука.