Малала и Бризаэ уже полулежали на мягких шезлонгах, обитых алым бархатом, потягивая из блестящих серебряных кубков какие-то напитки. Вместо стола на полу на четвереньках стоял скованный странной металлической конструкцией человек. Он был обнажен, а столешница крепилась на его мускулистой спине. Это был именно человек, судя по цвету кожи и сложению. Раб? Похоже. У дроу же в норме – рабство. Крис мучительно хотелось посмотреть ему в лицо, но она одновременно боялась увидеть его глаза.
Тогда перед ней встал бы кошмарный выбор: оставить умирать мучительно того, кто взглядом умоляет о помощи или вмешаться, выдать себя с головой и погибнуть здесь же.
Она не рискнула, хоть и испытала мучительное чувство стыда.
Малала так и не сняла высоких перчаток, но переоделась в длинную черную тунику с разрезами по бокам, скрепленными золотыми цепочками. На каждой такой цепочке была подвеска с рубином, напоминающая сверкающую каплю крови. Она расслабленно вытянула босые ноги, утонувшие по щиколотки в толстом ворсе ковра. Сияющий туман все так же не позволял разглядеть ее глаза.
Бризаэ носила сложное серебристое платье, открытое сверху и доходящее до пяток снизу. Волосы она на сей раз собрала в пучок, а лучистые глаза подвела черным. Ножки заключены в изящные серебристые сандалии с украшениями в виде полумесяцев из драгоценного металла. На миг Крис подумала, что, если б она никогда не видела Лосс, решила бы, что Прелестница – это и есть богиня. Та выглядела сыто и лениво, как большая кошка. Хищная кошка с ядовитыми зубами.
- Крис! – обрадовалась Ведьма, а Прелестница молча улыбнулась, отсалютовав кубком. – Садись! Сейчас как раз начнем подготовку к ужину! Любишь водяную кухню? Да ладно! С твоей фигурой можно что угодно есть наверняка, хоть сладости. Ночь с парой симпатичных парней – и никакого лишнего веса.
- Я как раз подарила Мал трех новых человеческих мужчин. Только-только захваченные, - улыбнулась вторая собутыльница, - она у нас не жадная, может и поделиться.
Обе дроуэссы рассмеялись какой-то им понятной шутке, а Крис только попыталась проявить вежливость, тоже растянув губы в улыбке.
- Так, я вижу, Лиловая Гарпия добралась до тебя? – почти дружелюбно поинтересовалась Ведьма, кивая в сторону безмолвной телохранительницы.
- Добралась, - Крис взяла бокал, сняла перстень с пальца и макнула в темно-красное вино, как велел поступать Скримджой, - теперь вот охраняет и сопровождает.
- Ой, как здорово. А можно я ее посмотрю? – подскочила на ноги Ведьма, забыв, кажется, и про ужин, и про новых рабов.
- Да пожалуйста, - великодушно разрешила волшебница, потому что просто понятия не имела, как вообще отказывают в такой просьбе.
Бризаэ тем временем хихикнула, кивнув на перстень.
- Приятно видеть, что кто-то знает этикет. Давно не видела безоаров. Сейчас больше заклинаниями…
Она протянула ноги, положив их на низенькую скамейку, тут же один из дроу в белом материализовался рядом, стянул серебристые сандалии с ее ног и принялся разминать стопы. Прелестница… Тоже опасная каста.
- Это подарок, - лениво протянула Крис, пробуя вино.
«Темное и сладкое, пить можно, но совершенно не в моем вкусе».
Обе сидящие за столом некоторое время наблюдали, как выбритая налысо женщина в черном, с клубящимся вокруг глаз сиреневым туманом, с почти детским любопытством изучала застывшую на месте Гарпию.
Попробовала какие-то чары, даже пульс проверила на запястье.
- Изумительно! – выдала, наконец, вердикт ведьма. – Не расскажешь, что именно ты с ней сделала?
- Сломала, - повторила машинально слова Скримджоя Крис, - кр-рак.
Дроуэссы пару секунд смотрели на нее удивленно, а потом переглянулись и дружно захохотали.
- «Сломала…» Лосс, вот люблю я женщин с чувством юмора, - разулыбалась прелестница, тряхнув серебряными волосами.
- Ладно! Время ужинать! Какая из меня хозяйка, а? – Малала всплеснула руками, и тут же в комнате появились кое-что новое.
Крис почувствовала, как вытягивается ее лицо, и поспешила спрятаться за кубком.
Несколько дроуэсс в белом внесли закрытые блюда и новые узкие высокие бутылки. А мужчины вкатили огромную стеклянную емкость, похожую на гигантский стакан, в котором висел обнаженный человек. Его голова и запястья были над водой, скованные колодками, а остальное тело, полностью обнаженное, погружено в воду. В темных глазах полоскался чистый ужас. На миг волшебнице пришло в голову, что несчастного прямо там же и сварят. Бризаэ тут же захлопала в ладоши.