- Сейчас мне весело, - медленно подбирая слова проговорил темный, - да, я знаю, почему ты такая сейчас, но мне все равно нравится. Действительно нравится. Настолько, что позже, когда я убью Джулгара, я не убью тебя. Ты вернешься в свой мир.
- Я знаю, что ты чудовище, - девушка улыбалась ослепительно, податливо прижимаясь к мужчине всем телом, - но мои друзья – они не лучше. Просто они обо мне заботятся, а ты мечешься между желанием раствориться в моих эмоциях или убить меня? Ты одинаково хочешь и то, и другое, но есть проблема. Что бы ты не выбрал – второй вариант будет для тебя навсегда потерян. Поэтому ты не можешь решиться – боишься совершить ошибку. С самой нашей первой встречи. Видишь, как просто мне это сказать?
Скримджой смотрел на нее несколько секунд.
- Ты права, - мягко проговорил он, - из-за этого я и схожу с ума. Я желаю тебя до того, что что-то во мне сломается, если я не получу тебя. Но в каком именно виде? Плавящейся от удовольствия в моей постели? Или умирающей на дыбе в пыточной? Я не знаю. И если я ошибусь, это будет невыносимо.
- Гости подождут?
- Подождут.
Крис сама прижалась мягкими влажными губами к жестким губам дроу, осторожно исследовала кончиком языка его рот. Пальцы гладили его лицо и плечи, скользили невесомыми мотыльками по спине. А потом присела на верхнюю ступеньку в бассейне и обвила ногами его талию, притягивая к себе.
- Хочу тебя вот так, - прошептала на ухо ему волшебница, - в бурлящей прохладной воде. Мне нравится, как она ласкает кожу.
Он на этот раз ничего едкого не ответил. Снова целовал, не желая останавливаться, и одновременно медленно и глубоко входя в нее. Они оба не торопились и получали неспешное изысканное удовольствие, делясь эмоциями, перемешивая их в гремучий коктейль. Ощущения темного эльфа напоминали густой сладкий ликер, а Крис искрилась пузырьками энтильского.
Они одновременно испытали удовольствие, от которого шумит в ушах и подкашиваются ноги. Одна сладкая судорога на двоих.
- Это идиотизм, - рассмеялся дроу, все еще не отпуская волшебницу, - но я не желаю разжимать объятия.
Крис расхохоталась, плеснув водой в любовника.
- Развлекаться! Ты обещал! Давай, поехали, пусть горит пламя!
Он улыбнулся.
- Уболтала. На этот раз поедем красиво.
Он вылез из воды, закрыл глаза, и от его фигуры во все стороны побежали лиловые сполохи колдовского огня.
- Слушай меня, Запретный Дворец! – крикнул дроу. – Пора просыпаться!
Крис смотрела, как зачарованная, как раздвигаются стены, цепочки огней зажигаются и убегают куда-то вверх, теряясь в лиловом тумане. Высыпали с криками радости и восторга новые обитатели этой кошмарной ловушки.
Лирии принесли Крис умопомрачительное платье из черной кружевной паутины с отдельными непрозрачными ассиметричными вставками и воротником под горло. Они с дроу вышли из дворца, и там стояла большая угольно-черная колесница с фонарями в виде черепов с горящими глазницами и шевелюрами из огня. Позади на запятках стояли двое дроу в броне и с оружием. Одна из лирий запрыгнула на колесницу, ноги ее удлинились, и она превратилась в аналог крыши кареты. Другая лирия вывела четырех жутких существ. Похожие на высушенные мумии огромных ящеров, со множеством костяных выступов и шипов. Глазницы горели сиреневым.
- Боги, что это? – изумилась волшебница.
- Тэшайер. Колдовские существа. Магия крови плюс некромантия. Едем?
- Да!
Они оба сидели на мягком диванчике, и еще двое дроу уселись спереди, взявшись за вожжи. Щелчок плети, и жуткие создания понеслись вперед.
В городе все набирала обороты резня. Теперь здесь царило еще и колдовство. Сверкали призванные лозы, молнии прорезали воздух.
- Как вы не вымерли? – поинтересовалась Крис, не без любопытства разглядывая происходящее. – Тут же форменное безумие!
- Пещеры, ограниченные ресурсы, не ограниченная рождаемость, это – возможность избежать перенаселения.
- И естественный отбор?
- Верно.
Девушка прижалась к плечу своего компаньона.
- А ты? Ты тоже участвовал в таком?
- Конечно, - усмехнулся Скримджой, обнимая ее, - но я его не прошел.
- Что? В смысле? Тебя же не убили?
- Я сошел с ума, - мягко проговорил темный, лаская пальцами ее шею и плечо, - я так увлекся, что не мог прекратить убивать. Не разбирал представителей моего Дома и других. Чужая горячая кровь на моей коже не успевала высыхать. И однажды, я чуть не убил ребенка. Ты знаешь, это единственная вещь, которой я не сделаю. Для нас это – ненарушаемое табу. Воля Лосс. Тогда-то я и пришел в себя, но уже набрался столько сил, что стал сильнее королевы. Матери моего отца. В итоге я убил ее. Это было очень далеко отсюда. В такой же пещере. Так я и стал изгнанником, тем, кто слишком силен, будучи мужчиной.