— Знал, что рано или поздно кто-нибудь придёт, — признается он. — В конце концов, это общественная арена.
— Так это была ещё одна демонстрация? Ещё один способ обозначить свою территорию? — до меня доходит, что всё это было подстроено. — Ты полный придурок.
— Я эффективен, — поправляет он.
— И я больше никогда не прикоснусь к твоему члену, — говорю я и, видя, какой ущерб это ему причиняет, криво улыбаюсь.
Он рычит, его глаза темнеют.
— О, но ты сделаешь это, моя сладкая. Или ты уже забыла о моём обещании?
Мои глаза опасно сверкают.
— Пошёл ты.
— Вспомни, каково было чувствовать свою руку на мне, потому что в следующий раз мои пальцы будут глубоко внутри тебя, и ты кончишь прямо на мою руку, Иззи.
От его слов меня пробирает дрожь, но я заставляю себя отойти от него, собрать свои вещи и пройти мимо глазеющих студентов, которые расступаются, как Красное море, когда я приближаюсь. Их взгляды провожают меня, одни с любопытством, другие с завистью, третьи с откровенной враждебностью.
Мои колени дрожат, когда я иду на следующий урок, не в силах выбросить из головы образ, который он мне внушил.
Глава 14. СИ-ДЖЕЙ
Я смотрю, как Изольда стремительно удаляется, её плечи напряжены от праведного негодования, тело всё ещё дрожит. Тепло её руки на моём члене вызывает у меня желание схватить её, притянуть к себе и закончить то, что мы начали. Но это было бы слишком легко. Слишком просто. Изольда Морворен заслуживает более сложного обольщения.
Зрители у дверей расходятся, когда я обращаю на них свой взгляд, безмолвный приказ заставляет их разбежаться. Все, кроме одной. Вампирша-первокурсница, у которой больше смелости, чем здравого смысла, задерживается, её голодный взгляд скользит по мне. Три дня назад я бы пошёл к ней. Сейчас… теперь на за что, чёрт возьми.
— Ты всё ещё здесь, — холодно замечаю я.
Она делает шаг вперёд, ободренная моим признанием.
— Я могла бы помочь тебе закончить то, что она начала, — предлагает она, облизывая губы.
Я двигаюсь так быстро, что она не замечает моего приближения. В один момент я пересекаю зал, а в следующий возвышаюсь над ней, прижимая её к стене.
— Позволь мне внести полную ясность. Не пытайся повторить, — шепчу я, наблюдая, как страх сменяется желанием в её глазах. — Есть только одна женщина, которая меня интересует. Ты — не она.
Я отступаю назад, и она опускает взгляд, напуганная существом, которое может стереть её в порошок.
Сообщение доставлено, я поправляю манжеты и выхожу с арены, мысленно уже планируя свой следующий шаг с Изольдой.
Я останавливаюсь в коридоре, глубоко вдыхаю, улавливая аромат Изольды, который витает в воздухе, как шлейф из хлебных крошек. Сладкий и пряный, с нотками возбуждения, которые всё ещё чувствуются в нём, несмотря на её гнев. Я следую за ним, чтобы убедиться, что она доберётся до следующего урока без происшествий.
В коридорах Серебряных Врат царит оживление. Студенты обходят меня стороной, опускают глаза, разговоры прерываются, когда я прохожу мимо. Новости здесь распространяются быстро. Инцидент с Бенцем уже распространился по академии, как лесной пожар, усиливая мысль, которую я вбивал в голову с тех пор, как появилась Изольда: она моя. Неприкасаемая. Под защитой.
Сцена руки Изольды, обхватившей мой член, тоже не заставит себя долго ждать. Если кто-то ещё не был убеждён, то убедится после окончания сегодняшнего вечера.
Я прослеживаю её запах до лекционного зала по Теории тайн, задерживаясь снаружи ровно настолько, чтобы убедиться, что она в безопасности внутри, прежде чем продолжить своё занятие. Теория сдвига измерений с профессором Тейт.
Когда я вхожу в класс, то замечаю Кассиэля, сидящего в конце класса. На его лице застыло выражение крайнего любопытства, когда он впитывал в себя всё, что его окружает.
Его взгляд встречается с моим, и в нём нет страха, только всё тот же вызывающий бешенство интеллектуальный интерес. Как будто я — образец для изучения, а не хищник, которого следует опасаться. Падший ангел очаровывает меня, несмотря на моё раздражение. Большинство существ съёживаются или принимают позу, сталкиваясь с моей силой, но Кассиэль просто наблюдает, фиксируя каждое взаимодействие своими пугающе проницательными глазами.
Я сажусь в противоположном конце комнаты. Профессор Тейт, измождённое существо с кожей цвета пергамента и глазами, повидавшими слишком много измерений, появляется мгновение спустя.