Уильям подплывает ближе, его призрачная фигура пульсирует той же злобной энергией, что и в сцене в душе.
— Идеи? Ты имеешь в виду, что меня заставляли стоять в стороне и смотреть, как ты лапаешь Изольду?
— Прекратите, вы оба! — зашипела я, моя магия вспыхивает у меня на кончиках пальцев и отлетает в сторону, отскакивая от стены Колокольни, заставляя Си-Джея с рычанием отскакивать в сторону. — Это нелепо. Ты не можешь угрожать каждому, кто заговорит со мной!
— В значительной степени могу и угрожаю, — утверждает он.
— И вообще, кто бы говорил, — говорит Уильям. — Подглядывая в зеркало.
Си-Джей рычит, низко и угрожающе, и устремляет на Уильяма убийственный взгляд.
— Заткнись о том дерьме, о котором ты ничего не знаешь.
— Подглядывая? — спрашиваю я. — Ты подглядывал за мной? — моя ярость становится непостоянной, и искры не слишком защитной магии разлетаются по Колокольне.
— Защищая тебя, — выплевывает он таким злым, каким я его ещё никогда не видела, и это о чём-то говорит. Обычно он сохраняет самообладание, когда сыплет угрозами и швыряет людей. Это… это совсем другое. Его глаза опасно сверкают. Янтарь теперь становится доминирующей деталью, и они светятся так, как я никогда не видела у вампиров. Признаюсь, мой опыт ограничен, но всё же.
— Кто ты такой? — выпаливаю я, мой гнев из-за слежки на секунду забылся из-за этого превращения.
— Вампир, — выдавливает он из себя, используя каждую унцию своей исключительной силы, чтобы отбросить то, что пытается захватить его власть.
— Попробуй ещё раз, придурок, — говорит Уильям.
— Не суйся в это, — бормочу я, наблюдая, как у Си-Джея чуть не случилась аневризма, и он цепляется за то, что удерживает его в данный момент. — Си-Джей, дыши, — говорю я, и мой голос смягчается, несмотря на гнев. Что-то явно угрожает ему изнутри, и дальнейшее противостояние ему не поможет.
Его взгляд меняется с янтарного на тёмный и обратно, дыхание прерывистое. Камень под его ногами слегка потрескивает, и от него исходят струйки тепла. Клянусь, на мгновение я вижу, как чешуйки колышутся у него под кожей, прежде чем исчезнуть.
Уильям придвигается ближе ко мне, его призрачная фигура защищает меня.
— Он что-то скрывает, Изольда. Что-то опасное.
— Значит, нас таких двое, не так ли? — огрызается Си-Джей, наконец-то беря себя в руки. — Отойди от неё подальше.
— Нет, если только она сама этого не захочет, — говорит Уильям.
— Я не хочу, — заявляю я. — Мы пытаемся кое-то сделать. Уйди с дороги.
— Нет, — Си-Джей вскидывает руку и хватает меня за предплечье. — Я не оставлю тебя с ним наедине.
— Он был в моей комнате всё это время, а теперь ты хочешь защитить меня от него?
— Когда он был в твоей комнате, он был сдержан. Он нуждался в тебе. Ты не захочешь знать, кто он, Изольда.
— Я знаю, кто он! — я поворачиваюсь, чтобы посмотреть на Уильяма. От него никакой помощи. Он просто парит там с безмятежным выражением лица.
— Нет, ты действительно не понимаешь, — говорит Си-Джей. — Он опасен.
— Как и все остальные здесь, — замечаю я. — Например, ты чрезвычайно опасен.
Он выглядит вполне довольным такой оценкой, грёбаный придурок.
— Это не почётный знак.
— О, но это так и есть.
— Это ни к чему нас не приведёт, — говорю я, высвобождая руку из хватки Си-Джея.
— Мы нашли кое-что на Колокольне, символ, который может объяснить, кто убил Уильяма. Я собираюсь расследовать это, одобряешь ты это или нет.
Глаза Си-Джея сужаются, снова вспыхивая янтарём, прежде чем вернуться к своему обычному тёмному оттенку.
— Отлично. Но я пойду с вами.
— Вообще-то, — перебивает Уильям, подходя ближе, — мы снова направлялись в запретную секцию.
— О, чёрт возьми, — бормочет Си-Джей. — То, что тебя сегодня однажды поймали, не удовлетворило твоего желания умереть?
Я скрещиваю руки на груди.
— На этот раз мы будем осторожнее.
— Мы? — Си-Джей приподнимает бровь. — С каких это пор вы с призраком стали «мы»?
— С тех пор, как я освободила его из своей комнаты, — отвечаю я, наблюдая, как мрачнеет лицо Си-Джея. — Кровавые охранки держали его в ловушке. Я разрушила их.
— Что ты сделала? — шипит Си-Джей, его голос понижается до опасного шёпота. — Ты хоть представляешь, что ты наделала? Что ты натравила на эту академию?
Уильям смеётся, и звук неестественно отдаётся эхом в основании башни.
— О, не будь таким драматичным, Аквила. Вряд ли я впадаю в ярость.
— Пока, — рычит Си-Джей.