- Ты сама сказала, что не будешь, - Джерри не донес до рта вилку с тортом.
- Не буду, ешь. Я не о том говорю. Нам нужен свежий воздух, немного движения.
- Движения нам как раз хватает, по-моему. Или тебе мало, Кэт? Ты только скажи, дорогая, - его свободная рука, обнимавшая ее за бедро, поползла под коротенький подол шелкового халата.
- Джерри, - она заерзала, сидя на нем, стараясь, хотя и не очень активно, перехватить его руку, - серьезно. Давай прогуляемся. Ну, пожалуйста. Я хочу на воздух. Сначала прогулка, а потом все остальное.
- Раз ты настаиваешь, выбирай, куда пойдем, - он начал распутывать пояс ее халата, - можем просто побродить по улицам...
- Можем, но у меня есть идея получше. Я позвоню своим друзьям. Не против встретиться с ними, Джерри?
- Не против... Почему я должен быть против? - он спустил халат с ее правого плеча, прижал Кэт к себе крепче. Теперь его руки блуждали, изучали, гладили, скользя по ее обнаженной коже.
- Что ты делаешь, Джерри? - шепнула она, ненавязчивыми движениями рук и плеч помогая ему полностью справиться с ее халатиком...
В полдень такси подъехало к одному из десятков блоков многоквартирных домов в районе Астория, Квинс. Кэт и Джерри вышли на тротуар. Подмораживало, с Гудзона дул зябкий ветер, голые клены размахивали мерзлыми ветвями и скрипели.
- Пойдем, - Кэт прижалась к спутнику, - Холодно. Застегнись, Джерри, мне зябко смотреть на тебя.
Он рассеянно поднял воротник. Джерри оделся не по погоде - короткая кожанка, поверх хлопчатобумажной толстовки. Ни свитера, ни шарфа. Отсутствие теплых вещей мало волновало шотландца, он стоял румяный, сжимал ее ледяную руку теплой ладонью, пока Кэт шмыгала посиневшим носом и рассматривала окружающие дома.
- Туда, - простучала она зубами и указала путь. Джерри обнял девушку. Они пошли по небольшой аллее, окруженной клумбами со высохшими цветами, которая вела к кирпичному пятиэтажному зданию мимо продуктового магазинчика и детской игровой площадки.
- Не трясись, Кэт. Не напрягайся - расслабленные мышцы легче переносят холод. Я думал, русские не мерзнут.
- Русские - не люди, по-твоему?
- В России суровый климат.
- У-уух, ветрище! Я пятнадцать лет живу в Далласе. Зимой мы не мудрим с одеждой. Как ты сейчас.
- Я одет.
- Скорее раздет, чем одет. Боюсь, тебя продует, Джерри.
- Настоящие ветра у нас в горах, а это не ветер - сквозняк. Не продует.
- Не подхвати насморк, железный человек. Пришли!
Она запрыгнула на крыльцо, стянула перчатку, нажала кнопку вызова на домофоне, размещенном на стеклянном полотне кованой двери.
- Кто там? - раздался женский голос в динамике.
- Свои! - сообщила Кэт в микрофон, - Открывай, предательница.
- Господи! - воскликнул домофон, и дверь открылась.
- Почему твоя подруга зовет тебя Господи? - спросил Джерри, входя в подъезд вслед за Кэт.
- Знает, что пришел Судный День и сейчас придется каяться, - Кэт вбежала на первый пролет, - Нам на пятый этаж. Не волнуйся, Джерри, мои друзья люди радушные, хотя не без причуд.
- Я не волнуюсь, - Джерри шагал, перемахивая через две-три ступеньки разом, - разберемся с твоими друзьями.
- Кто собирается разобраться с нами? - спросили наверху. Кэт и Джерри одновременно задрали головы и увидели, как в потолок ввинчивается спираль перил. Где-то витке на четвертом спирали стояла и смотрела на них белокурая девушка.
- Адель! - крикнула Кэт. Резонирующее эхо прокатилось по этажам.
- Кэт, что ты тут делаешь? - не менее звонко ответила девушка и, стуча каблуками, побежала навстречу подруге. - Откуда ты здесь взялась?
- Прилетела на метле! - Кэт поймала девушку в объятия и без особого усилия приподняла. Она стояла на ступеньку ниже, но все равно возвышалась над Адель. Та была миниатюрна и прелестна, словно кукла. Румяная, ясноглазая, с задорно вздернутым носом. - Чего ты удивляешься? Нью-Йорк не на Марсе находится, сюда не сложно добраться. Где ты была на прошлой неделе?
- Мы ездили в Балтимор к родителям Зака, вчера вернулись. Почему ты не брала трубку?
- Долгая история, потом расскажу. Познакомься, - Кэт церемонно повернулась к Джерри, - Джерард Карвер.
Стрельнув в Джерри лазоревыми глазами, в которых светилось любопытство, девушка заправила белые пряди за уши и протянула шотландцу маленькую ладонь.