-Что для этого нужно? - робко спросила девушка.
-Моего слова достаточно! Но мне понадобятся силы. Ты не способна подарить магической мощи, значит, нужно искать источник.
Альмадеус задумался, сможет ли он уберечь девушку, как пытался спасти Мирота. Сейчас Вариана убеждена - демон - бездушное создание, что заковало в цепи юношу, которого могли изменить годы и люди, встреченные на пути. Совет, неудача и чья-то поддержка часто помогают пересмотреть прежние взгляды на течение жизни.
Деус поймал себя на мысли о том, что не желает, чтобы Вариана испытывала к нему жалости или симпатии, потому что он обречен на вечное сражение. Чувство, что обожгло грудь сделало демона снова осязаемым, но он не сразу это заметил.
-Почему твои руки такие холодные? - обеспокоенный голос Варианы вырвал Альмадеуса из рассуждений.
-Сила покидает тело через кончики пальцев, при этом температура падает. С годами я научился конденсировать тепло внутри туловища, руки и ноги закольцевать не удалось.
-Все о чем ты говоришь удивляет и пугает одновременно…
В этот момент Георг Вольский, что свернувшись колачиком спал на банкетке рядом с кроватью, попытался перевернуться и вытянуть ноги. В итоге мужчина упал на пол и очнулся от наведенного сна.
Граф увидел невесту держащую руку демона. О таких созданиях Георг читал в древних трактатах. В большинстве говорилось о демонах, как о злобных ненасытных тварях и лишь одна книга повествовала о помощнике и друге. Перо принадлежало создателю первого государства Якобу Великому.
Альмадеус оглянулся, представляя Вольскому свою необычную и загадочную красоту, а Геор подивился тому, что не испытывает страха перед древним созданием. В мужчине пустило корни спокойствие. Граф хотел радоваться новому дню и солнечному свету. Это странное чувство поглощало и отвлекало от основной мысли об опасности, что может нести крылатый демон.
Деус улыбнулся, он чувствовал, что пребывание в теле Георга помогло тому открыть новые грани души, о которых он не ведал. Место похоти и порока заняла любовь к миру и желание познавать. Алчность поклонилась чистоте помыслов, а злость - доброте.
-Что с ним? - удивленно спросила Вариана. Она никогда не видела столь одухотворенных людей. Казалось свет струится из тела графа и озаряет все вокруг.
-Он становится тем, кем являлся до того, как ненависть и зависть не поглотили его душу, - голос Альмадеуса звучал, как ручей, который расколол снежный наст по весне и подмывает ледяную корку.
-Кто ты? - перебил Георг невесту и обратился к демону, при этом глаза мужчины сияли, как у ребенка, что делает первые открытия.
-Альмадеус - демон, который рожден из пепла и талой воды. Страж на границе миров и преступник, что нарушил основные законы бытия. Теперь вечность в мире людей - мое наказание.
Вариана удивилась еще больше. Она даже не задумывалась, кому дала темную клятву. Последние дни были сильно насыщены на события, что не осталось времени рассуждать о сущности демона.
-Зачем ты пришел в наш мир и какой закон нарушил? - Георг не унимался.
-Я одарил плохого человека знаниями и поплатился за это частью своей души, которая обернулась злым духом и преследует меня и тех, кто рядом.
-Значит, наше время на исходе. Посмотрите тучи собираются с запада, а ветер несет сорванные листья на восток.
Слова Вольского прогремели, словно гром среди ясного неба. Вариана вскочила с кровати и, скорчившись от боли, припала к ногам демона.
-Пока я осязаем, не могу поглощать твои чувства. Боль придется заглушить средствами, что предлагает человеческая медицина.
Георг нахмурился. Мужчине показалось странным, что всесильный демон не может излечить от ран и срастить кости.
-Прекрати! - возмутилась графиня словам, сказанным нечаянно вслух.
-Моя магия не способна восстановить сломанное, потому что имеет определенную направленность. Если бы ты пожелал, чтобы среди лета выпал снег, то я справился бы. Но живая плоть мне неподвластна!
Георг смутился и предложил Вариане помощь, но демон не позволил коснуться девушки. Он подхватил графиню на руки и расправил крылья, подобно беснующейся птице, что защищает птенца. Граф подумал, что Альмадеус - это гордая птица, что никому не позволит посягать на собственную добычу.