-Скорее расскажи, что нужно сделать?
-Нерожденное дитя поможет. Создание, что сформировалось во чреве, но не имеет души. Альмадеус сохранит себя в том случае, если возродится в нем. Тебе нужно соблазнить демона!
Вариана пораженная сказанным, не сразу смогла заговорить. Слышать подобное не пристало благочестивым графиням. Но на самом деле таким вещам девушку никто не обучал. Приставленный учитель являлся мужчиной. А о таинстве любви девушка узнала от болтливой служанки Марии, которую после выпороли за длинный язык. Нянюшка была стара и одинока.
Георг налег посильнее и выломал замок, что держал две половины двустворчатые двери гардеробной. Треск и летящие вокруг щепки напугали Вариану не меньше, чем разговор с неизвестной советчицей.
Графиня помнила, как Мария, описывала бессонные ночи с конюхом. Вариана краснела, закрывала лицо руками, но приказать замолчать не смела, так как сладок был запретный плод знаний.
Вольский опустился на колени, подхватил графиню на руки и положил на кровать. Альмадеус, что расположился у окна, не повернул головы. Он чувствовал приближение бури, но больше демона волновало не предстоящая битва с Альмой, а слова Тьмы. Он слышал каждую фразу, что произнесла прародительница.
Деус использовал Вариану, чтобы напитаться силой и выбраться из пещеры. Теперь демон понимает, что решение было ошибкой. Тьма желает вернуть на границу миров стража и использует человеческие методы. Насколько прародительница увязла во мраке людских судеб или у нее свое видение ситуации?!
Альмадеус перевел взгляд на зеркало, в котором отражалось его лицо, а позади виднелась встревоженная и смущенная Вариана. Над девушкой хлопотал Геор, помогая удобнее устроиться на кровати. Мужчина напоминал демону Якоба, но вместо внешнего уродства, графа портила запятнанная пороком душа. Темные пятна становились чернее, когда Георг касался рук Варианы. В нем рождалось животная страсть и желание обладать. Стоит демону исчезнуть, как Вольский вернется к прежней жизни.
Деус тряхнул головой, прогоняя наваждение. Он слишком сильно вмешался в чужую судьбу и теперь жалел о сделанном. Там, в пещере, демон обезумел от одиночества. Проклятие, которым он сам себя наградил, не давало возможности покинуть холодные каменные своды. А появление человека со светлой душой принесло надежду, что Вариана поможет ему освободиться. Но стоило вернуться в реальный мир, как все изменилось. При дневном свете графиня не отличалась от обычных людей, вот и сейчас ее съедали злость и обида. Видимо, демон разучился читать человеческие души.
-Вы хотели, чтобы я написала письмо Климантину? Дайте скорее бумагу и перо с чернилами! И пригласите Марию, пусть она отнесет послание в кабинет герцога, а также отдаст распоряжение снаряжать лошадей. Я поеду верхом! Господа, прошу покинуть мою комнату!
Спорить с Варианой ни демон, ни человек не решились. Альмадеус растворился в воздухе, словно утренний туман, а Георг, прихватив, записку отправился отыскивать служанку Марию.
Через полтора часа возле конюшни стояли две лошади, запряженные обе на мужской манер. Георга несколько удивил данный факт, но стоило графини показаться на веранде дома, как граф потерял дар речи.
Прекрасные длинные волосы Вариана обрезала до лопаток, рваные концы ложились неровно, некоторые торчали в стороны. Облегающие светло-коричневые брюки смотрелись на девушке неуместно и довольно неприлично. Мужская рубашка оказалась велика, но хорошо скрывала грудь, делая Вариану безусым юнцом.
Никто не подумал о том, что таким образом девушка скрывала истинный страх. Притвориться кем-то другим, более смелым и сильным хотела Вариана.
-Нет смысла бежать! Альма найдет нас, куда бы мы не скрылись, - демон говорил без надежды на спасение. Он не напился силой, позволяя организму графини залечивать собственные раны.
-Тогда оставайся! Задержи его, пока мы не спрячемся в дремучих лесах! Если ты погибнешь, тогда Вариана освободиться от данной по глупости клятвы.
Вольский провел чуть больше часа вдали от влияния демона и снова рассуждал, как недостойный уважения человек.
В голове Варианы сложились несколько картин и событий. Но она никогда не рассуждала в данном ключе. С некоторых пор одна мысль о смерти Альмадеуса заставляет печалиться.