С удивительной резвостью Ания залепила Халле пощечину.
— Ты не будешь обращаться ко мне по этому имени… мой чай очень питательный и полезный!
Все застыли на месте. Халла замерла, ощущая привкус крови на нижней губе.
— О да, еще она сварливая старая сука, — рассмеялся Рексель. — Халла, не принимай близко к сердцу.
— Я и тебя могу ударить, господин Падающее Облако, — огрызнулась Ания, потрясая кулаком в сторону воина из Хаммерфолла. — Я в вас, молодых, вобью немного уважения!
— Мне уже почти пятьдесят, жалкая старая карга, — прорычал Олефф. — Не думай, будто я не смогу ударить тебя в ответ, женщина. — Оружейник возмущенно фыркнул и зашагал прочь обратно к колонне. — Я скажу остальным пошевеливаться.
Рексель кивнул:
— А я организую костры.
Он исчез из виду и отправился к лежащему выше Плато Медведя.
Вульфрик остался с Халлой и Анией. Огромного воина из Фредериксэнда, в отличие от Олеффа, старуха скорее позабавила, и он мягко обнял ее за плечи.
— Не волнуйтесь, матушка, мы научим их уважению. А сейчас давайте уйдем от этой непогоды и погреемся у замечательного теплого огня.
— Да, благодарю вас, молодой человек, — ответила Ания, прижавшись к могучему воину.
Вульфрик вел старушку, и вместе они смотрелись забавно. Халла дотронулась до капли крови на губе.
— Ну, по крайней мере, она не называла меня одноглазой.
Мудрая женщина из Фьорлана была настолько странной, насколько это вообще возможно. Старый отец Кроу заявлял, будто мудрых женщин слишком много, поэтому связь их с Ледяным Гигантом слаба и они узнают его волю через знамения и неясные знаки. Они были полной противоположностью жрецов Ордена Молота, малых числом, но несравненно более могущественных.
Старый жрец из Тиргартена думал, что если Ледяной Гигант одаривал силой большее число своих последователей, то эта сила становилась меньше. За свою жизнь Халла встречала несколько мудрых женщин и считала их в равной мере как полезными, так и надоедливыми. Кем бы они ни были на самом деле, они разбирались в травах и часто лечили больных и применяли свои настои для помощи при рождении и смерти. Тяжелее оказывалось уважать их страсть к рыбьим кишкам и чтению костей. Как говорил Вульфрик, к старым языческим верованиям раненов, зародившимся до появления Ордена Молота, в основном относились с пренебрежением.
Анию, казалось, нисколько не заботило, что остальные фьорланцы считают ее выжившей из ума старухой. Она держалась поближе к Вульфрику. Они быстро нашли общий язык, и старуха удобно устроилась возле костра рядом с его огромной фигурой. Остальные люди из отряда Халлы расположились вокруг костров, усеявших невысокую равнину. Они были недалеко от ущелья, спинами к небольшой и неровной линии скал. Пришлось потесниться, зато равнина оказалась хорошим укрытием для всех пяти сотен человек. Они расположились довольно высоко над замерзшей рекой, которая шла по дну ущелья. Плато Медведя было одной из самых высоких точек Фьорлана. Только горы страны троллей и несколько вершин Глубокого Перевала превосходили эти горы по высоте. Хорошо, что на подобной земле с отрядом был Падающее Облако, ведь его воспитание и путешествия по диким местам Хаммерфолла и Волчьего леса выработали у него навыки выживания в дикой природе — искусство, давно утерянное в городах и среди живущих там фьорланцев.
— Как думаешь, сколько? — спросил Вульфрик, возвращая Халлу к реальности.
— Что? — переспросила она, плотнее завернувшись в толстый плащ и потирая ладони перед огнем.
— Сколько наших новых спутников сможет сражаться? — повторил он вопрос. — У некоторых из них есть топоры, но я не думаю, будто в Медвежьей Пасти от них будет толк. Две сотни воинов из нашего отряда да еще, может, сотня из жителей долины реки, но что нам делать с женщинами и детьми?
Они старались не слишком задумываться о простых людях, что присоединились к отряду. Их спасли из горящих деревень, или они сами примыкали к отряду, когда тот проходил мимо их мертвого скота и сгоревших посевов. Шансов на выживание в Хаммерфолле у них почти не было, но и путь через Медвежью Пасть сулил не меньше опасностей.
— Если мы с тремя сотнями воинов выбьем из ущелья Грамму Черные Глаза и его людей, то они смогут последовать за нами, когда им не будет угрожать опасность, — ответила она.
Вульфрик недоверчиво поднял бровь и передал ей деревянную миску с дымящейся похлебкой. Падающее Облако соорудил что-то съедобное из сушеных овощей и лап Горланских пауков — ужасное на вкус, но горячее и относительно питательное.