— Ты мне не мамочка, Рэндалл, — рявкнул Черный священник. — Но спасибо.
Последние слова прозвучали искренне, он с благодарностью смотрел на оруженосца, радуясь, что у него все еще есть человек, с которым можно общаться.
— Я не обижаюсь, — произнес Нанон. — Ругательства — любопытная особенность людей… у нас нет для нее равноценной замены.
Ута резко отвернулся от него.
— Куда ты пойдешь? — спросил Рэндалл у обитателя леса.
Нанон ободряюще положил ладонь на его плечо.
— Темная Кровь нуждается во мне, — сказал он загадочно.
— Что? — переспросил Рэндалл.
— Среди людей он известен как Рам Джас Рами.
Рэндалл зарычал от гнева. Кирин, убивший брата Ториана!
— Без Темной Крови мы проиграем, — сказал Нанон. — У вас есть свои обязанности, у меня — свои.
Затем он повернулся к доккальфарам.
— Витар Ксарис, отведи Тень и его оруженосца на Тропу Фелла и оберегай его. Я встречусь с вами там, когда спасу Рам Джаса Рами, Темную Кровь.
Глава пятая
Кейл Гленвуд в городе Ро Лейт
Шесть холмов Лейта оставались такими же, какими их помнил Гленвуд, а настолько свежий воздух он не вдыхал уже много лет. Тирис пах деньгами и потом, Арнон — высокомерием и жадностью, а Лейт словно лучился радушием.
Вокруг города не было ни стен, ни сторожевых башен, ни частокола, чтобы следить за жителями герцогства, кто въезжает и выезжает из города. Фермеры и землевладельцы, работавшие на южных плодородных равнинах Лейта, не слишком заботились о безопасности, но разделяли чувства общей необходимости и коллективного духа, который взращивался здесь долгие годы. Жители Лейта гордились своим городом и герцогством. Город выделялся из множества других не большим собором или значительной армией, но любовью своих обитателей к природе и чувством смены ее сезонов. Даже Гленвуд, который уже давно покинул свой дом, ощутил странную наполненность, когда снова увидел шесть холмов.
— Откуда родом твоя семья? — спросил Рам Джас, по всей видимости, наслаждаясь теплой погодой южной части Тор Фунвейра. — Где-нибудь поблизости есть родовой замок Гленвудов?
Пока они ехали от Арнона на юг через предгорья Когтей, киринский наемный убийца находился в относительно хорошем расположении духа. На малонаселенных землях, которые они проезжали, редко приходилось избегать людей, зато дичи там водилось много. Гленвуд следил за тем, чтобы не приближаться к горам чересчур и при этом оставаться как можно дальше от Джекканских пустошей, и путешествие выдалось на удивление спокойным.
— Последний страж долины был всего лишь нашим дальним родственником, — ответил Гленвуд. — Сомневаюсь, что он ухаживал за домом моего отца… когда я уехал, дом уже разрушался.
Рам Джас снял плащ и остался только в кожаном жилете без рукавов, прочие свои пожитки он завязал в узел и перекинул через плечо. Солнце ярко светило в последние несколько недель их путешествия, и, хотя свежесть в воздухе говорила о начале зимы, все равно здесь было гораздо теплее, чем в Тирисе или Арноне.
Очень жаль, — произнес кирин, добродушно улыбаясь. — Я бы с удовольствием познакомился с твоими родными.
Гленвуд удивленно поднял брови.
— Может быть, как-нибудь в другой раз.
Они добрались до первого холма Лейта уже после полудня, и Кейл был рад, что ничего не изменилось. На самом холме и у его подножия беспорядочно располагались небольшие, уютные домики, разделенные садами и цветниками.
Гленвуд глубоко вдохнул чистый воздух. Лейт был далек от идеала, зато преступники считались здесь редким сортом людей, и убийства случались нечасто. Шагая по булыжным мостовым, соединяющим холмы Лейта, даже Рам Джас впечатлился безмятежностью города. В отличие от других великих городов Тор Фунвейра, Лейт уберегла его изоляция от влияния священников.
— Посмотри-ка туда, — произнес Рам Джас.
Пятый холм подозрительно хорошо охранялся. У его подножия со старинными деревянными зданиями и аллеями, обсаженными деревьями, они увидели патрули городской стражи и каресианцев в странной броне. Охрана стояла у всех четырех лестниц, ведущих от подножия холма к его вершине. Людей пропускали наверх, но каждого при этом обыскивали.
— Что это за каресианцы? — спросил Гленвуд. — Я никогда раньше не видел таких доспехов и кинжалов с волнистым лезвием.
— Это Черные воины Каресии, — ответил Рам Джас, глубоко задумавшись. — Верные последователи Джаа.