— Привет! — весело поздоровался доккальфар и подошел к креслу рядом с окном.
— Клянусь всеми богами, которые для тебя хоть что-то значат, — еще раз меня разбудишь, и я отрежу твои дурацкие уши, — вяло возмутился Бромви.
— Что… что случилось? — пробормотала Ханна, едва приподнявшись с кровати.
Бромви ласково погладил женщину по спине и нежно поцеловал в плечо.
— На нас напал очень настойчивый враг, моя милая, — тихо произнес он. — Спи спокойно, а я пока защищу тебя от него.
Бромви неохотно поднялся с постели и потянулся за шерстяной рубахой, кожаными штанами и толстым меховым плащом.
— Холодно, холодно, холодно… — бормотал он, одеваясь. — А ты не чувствуешь холода?
— Нет, только не холод. Хотя мне не нравится, когда слишком жарко, — ответил обитатель леса, усевшись в кресло и устраиваясь в нем поудобнее.
— Что это ты делаешь? — поинтересовался Бромви. — Поднимайся — мы здесь не останемся.
— Ладно. — Нанон все еще оставался в бодром настроении, хотя и подозревал, что его поведение раздражает Брома. Молодой лорд часто боролся с необходимостью выглядеть мрачным и несчастным. Хотя Нанон не был уверен — может, Бром действительно был мрачным и несчастным?
— Ханна, — прошептал Бром, застегнув плащ, — я вернусь так скоро, как только смогу.
Она издала сонный, довольный звук и обвила его шею руками.
— Только не буди меня, когда вернешься. — Она устало поцеловала его.
— Прощай, Ханна! — жизнерадостно сказал Нанон.
Бром натянул кожаные сапоги и, как только ноги оказались в тепле, сразу почувствовал себя лучше. Он открыл дверь спальни и гневно посмотрел на сержанта Аукера, который с беспомощным видом развел руками.
— Он делает, что хочет, милорд, — произнес Дукер. — Прикажете в следующий раз остановить его силой?
— Я думал, мы друзья, — удивленно сказал доккальфар, не ожидавший от Аукера подобного предложения.
— Он шутит, Нанон. Юмор, помнишь? Как ты еще это назвал… последняя настоящая война между нами?
Бром изо всех сил старался помочь доккальфарам обосноваться в городе, но до сих пор, как и Нанон, остро чувствовал различия между ними и людьми.
— Нет, сержант, — ответил он Аукеру, — просто предложите ему прийти еще раз утром.
— Да, милорд, — с улыбкой кивнул сержант.
Бромви улыбнулся в ответ, еще больше смутив доккальфара, затем пошел по коридору в сторону одной из внешних башен крепости. Бромви нравилось во время их разговоров сидеть снаружи, наблюдая за тем, как медленно катятся океанские волны возле Канарна.
Бром открыл дверь за тяжелую металлическую ручку, и в них сразу ударил мощный порыв холодного морского ветра. Они находились на высоком балконе, нависающем над скалистыми утесами. От сильного порывистого ветра даже Нанону стало немного неуютно. Бромви прошел вниз по каменной лестнице, огибающей башню снаружи. Нанон последовал за ним, и они укрылись от ветра на нижнем балконе. На каменной площадке стояло несколько кресел, и тут же находилась жаровня, огонь в которой поддерживали слуги.
— Если сидеть совсем рядом с огнем, тогда не так холодно, — сказал Бромви, плюхнулся в деревянное кресло и склонился ближе к жаровне.
— Почему бы нам просто не посидеть внутри? — спросил Нанон. — Если вам так неприятен холод.
Бромви потер ладони перед огнем и улыбнулся, смягчив выражение лица. Все-таки он был еще молод, и, несмотря на отросшую бороду и густые курчавые черные волосы, в нем порой сквозило мальчишеское обаяние.
— Потому что, если мы будем сидеть внутри, я усну, пока буду тебя слушать, — произнес он, улыбаясь. — Мой отец часто говорил: холодный ветер Канарна — лучший помощник, когда нужно слушать чьи-то глупости… думаю, он имел в виду послов-идиотов из Ро Тириса, но и к тебе это тоже относится, друг мой.
Нанон попытался нахмуриться, желая показать, что не уверен, стоит ему обидеться или нет.
— Я же вроде не глуп? — спросил он.
— Совсем не глуп. Но ты отвратительно плохо выбираешь время.
Обитатель леса сел напротив Брома.
— Вообще мне действительно надо с тобой поговорить. Я не разбудил бы тебя только ради присущего тебе юмора.