— Капитан, всадники на западе! — прокричал Омс снаружи. Фэллон секунду помедлил, собираясь с мыслями перед тем, как снова встретиться с реальностью. Затем вышел из дома. Он так и не надел доспехи, и, присоединившись к своему отряду, капитан рыцарей Фэллон из Лейта сильно выделялся на фоне красных рыцарских плащей.
— Что там, сержант? — спросил он. Вопрос был, впрочем, излишним: облака пыли на западе показывали, что приближаются значительные войска.
— Знамя Дарквальда, сэр, — ответил сержант. — Я бы сказал, там тысяча человек и механики. Передовой отряд.
Всего добровольческая армия Дарквальда насчитывала десять тысяч солдат. Они не отличались высокой выучкой, зато были известны своей стойкостью. В центре приближающейся колонны развевался единственный пурпурный стяг.
Во главе воинов скакали два всадника. Брат Джакан величественно ехал под пурпурным скипетром аристократии. Рядом с ним — лорд Владимир Коркосон, командующий добровольцами. Он был известен под прозвищем Владыка Топей из-за более низкого статуса среди аристократии Тор Фунвейра и выбрал в качестве герба виноградную гроздь на фоне дуба. Он носил характерную кожаную кирасу, а белые волосы были скорее наследственной особенностью, а не признаком возраста.
— Тогда, вероятно, это Владыка Топей, — произнес Омс, смерив взглядом менее благородного военачальника. — Кожаная броня… храбрый мужчина.
Сержант рассеянно постучал по своему стальному нагруднику.
Джакан задал трудный темп для пеших воинов, и отряды дарквальдских пехотинцев выглядели измотанными.
— Рад нашей встрече, капитан рыцарей! — добродушно объявил Владыка Топей. Всадники проскакали мимо остальных солдат и подъехали к Фэллону. — Владимир Коркосон, к вашим услугам.
— Приветствую, милорд, — ответил Фэллон.
— Капитан, — сухо произнес Джакан.
— Всегда чрезвычайно рад встрече с вами, брат.
Джакан и Коркосон быстро спешились. Владыка Топей был на несколько дюймов более высоким, чем второй командующий, и более худым, до такой степени, что казался тощим. Он не походил на настоящего воина.
— Есть ли здесь уединенное место, где мы могли бы поговорить? — спросил Джакан.
Владимир положил ладонь на плечо Пурпурного священника.
— И хорошо бы бочонок с чем-нибудь покрепче чая. — Он повернулся к Фэллону. — Что насчет нескольких кружек славного пойла перед тем, как начнется заварушка?
— Я пас, милорд, — ответил Фэллон со слабой улыбкой, — хотя если вы горите желанием — я уверен, ранены, которые ушли отсюда, кое-что оставили в закромах.
— Превосходно! — произнес Коркосон с широкой улыбкой. — Вы, святоши, пока можете обсудить тактические вопросы, а я пойду напьюсь до беспамятства.
Он похлопал Джакана по плечу и ушел.
— Он мне нравится, — произнес сержант Омс с каменным лицом.
Джакан гневно посмотрел на него.
— Молчать, когда рядом старшие по званию, сержант.
— Иди, помоги обосноваться новоприбывшим, — приказал Фэллон Омсу. — Твои старшие по званию будут в сарае.
Омс отдал честь и зашагал к тысяче пехотинцев из Дарквальда. Большинство из них расселись на тюках сена.
— После вас, — с улыбкой произнес Фэллон и взмахнул рукой, указывая Джакану на сарай.
Пурпурный священник не улыбнулся в ответ и пошел прочь от Фэллона, его дорогие доспехи издавали сильный шум при ходьбе.
Терон, хранивший молчание во время встречи, шагнул ближе к капитану.
— Сэр, не будет ли дерзостью с моей стороны заметить, что у брата Джакана довольно неприятное лицо?
— И голос, — быстро добавил Фэллон. — Иди посмотри, что там у механиков. Вряд ли им нужна помощь, но необходимо проявить вежливость.
Терон отдал честь и собрался уходить.
— И нет — ты не проявил дерзости, этот человек действительно идиот, — согласился Фэллон.
Терон слегка усмехнулся уголками губ.
Фэллон был благодарен присутствию Владыки Топей. Это означало, что не ему одному придется выносить брата Джакана. Коркосон — добродушный мужчина старше тридцати лет, громкоголосый и с привычкой постоянно хлопать окружающих по спине. Статус его семьи повысил король — ему требовалось, чтобы добровольцами тоже руководил представитель аристократии. Отец Коркосона был богатым виноторговцем, и этого, похоже, оказалось достаточно для дарования ему дворянства.