- Не думала, что тебе придется по вкусу этот дар, - раздался рядом знакомый женский голос, едва последний осужденный исчез из гостиной, перейдя за Грань. - Не каждому пришлось бы по вкусу проживать чужие жизни, вместо своей собственной.
- Не вместо, а дополнительно к ней, - спокойно возразила, оборачиваясь к черноволосой женщине с удивительными темными глазами. Хотела было встать и склониться в реверансе, но была решительно остановлена резким взмахом ладони.
- Оставь эти условности, мы теперь семья. Дай-ка на тебя посмотреть, - улыбнулась богиня, одаривая внимательным взглядом, под которым стало не по себе. - А мне нравится то, что из тебя получилось. Хороша. Рассудительна, умна, сильна духом и на удивление сострадательна. Не думала, что после того состояния сможешь сохранить это качество. Моему мальчику повезло, впрочем, тебе повезло еще больше - сложно полюбить кого-то более достойного.
Невольно улыбнулась, расслышав нескрываемую гордость в словах женщины. Она любила своих сыновей - это и дураку было бы ясно. Безумно любила и боготворила, как каждая мать боготворит свое чадо. А это значит, что никто, даже я, не были бы достойны ни одного из ее сыновей.
И, признаться, я прекрасно понимала, за что Кайллан заслужил подобное отношение, так как, даже видя его недостатки, не могла им не восхищаться и стремиться соответствовать этому мужчине.
- Любишь его, - с непонятной грустью протянула она, внимательно следя за моей реакцией на свои слова. - Любишь. Даже если сама еще не признала это. Не трать время понапрасну, радость моя, и прекрати все мерить человеческими рамками. Нельзя увериться в чувствах за столь короткое время? Не смеши меня, вы были предначертаны друг другу давным-давно, а значит, не полюбить его ты просто не можешь. Сделай мальчику приятное и скажи, что любишь.
- Вы пришли, чтобы сказать мне это?
- Не совсем. Вот, будь добра, передай это Даррену, пусть покажет это своей laine. В конце концов, девочка должна знать правду, иначе так и будет от него бегать.
Под моим непонимающим взглядом, она протянула вперед небольшой кулон на длинной цепочке, и лишь когда он оказался в моей ладони, я едва усидела на месте, оглушенная аурой страха, что исходила от холодного металла. Артефакт с даром младенца!
- Даже не думай, - спокойный тон богини быстро заставил успокоиться и оставить намерение немедленно освободить душу. - Именно поэтому я и взяла его из всей той кучи, что успел собрать Рен. Мальчики ни за что бы не отказали тебе в праве немедленно уничтожить эту вещицу. А она, к твоему сведению, может существенно облегчить жизнь милому Даррену.
- Но ваша... Пресветлая... - замолчала, совершенно не представляя себе, как полагается обращаться к богине, которая не просто оказала великую честь и явила свой лик, но и вполне вольготно расположилась рядом на софе, явно наслаждаясь моим замешательством.
- Мамы вполне будет достаточно, - с веселой улыбкой протянула, судя по всему, моя будущая свекровь.
- Простите?
- Можешь звать меня "мама", милая, мне было бы очень приятно. Всегда, знаешь ли, хотела иметь чудную дочку.
- Не хотелось бы вас огорчать...
- Вот и не огорчай, - все с той же улыбкой тут же отреагировала...матушка, поднявшись на ноги. - Мне, знаешь ли, очень не нравится, когда кто-то меня огорчает.
Да упасут боги того, кто решиться разозлить или "огорчить" эту внешне мягкую и приветливую женщину. Мне хватило ума, чтобы заметить огонек недовольства в глубине ее взгляда и правильно его распознать. Милая? Она? Ну что ж, кобры тоже по-своему милы и прекрасны.
- Вы оказали мне честь, матушка, - покорно произнесла, одаривая ее ответной улыбкой.
- Вот и прекрасно. Не забудь передать кулон мальчику, он не должен наделать ошибок, если решил играть с огнем. Велика вероятность ненароком обжечься.
Что она имела в виду? Сказав все, что хотела, будущая свекровь просто растворилась в воздухе, пожелав удачного дня, и я осталась одна. Ладонь невольно сжалась, сильнее сдавливая ненавистный мне кулон, а разум затуманился глухой злостью от осознания собственного бессилия.
Она не желала, чтобы эта невинная душа обрела покой, используя для одних только богине известных целей невинного ребенка, которому и так пришлось пережить слишком многое. Почему? Что может связывать этот артефакт, Даррена и какую-то девушку, которую женщина назвала "laine"? Почему кто-то из мертвых должен страдать ради того, чтобы "облегчить" жизнь тому, кто до сих пор ходит под этим небом? Пусть даже Рену.