- Тебя, - лишь усмехнулась, наблюдая за мужчиной, так иногда напоминавшего мне близнеца. - К твоему сведению, мне тоже было известно, что ты обязательно последуешь за мной. Не замерзнешь?
- Если замерзну - перекинусь, - он плотнее закутался в теплый меховой плащ.
В отличие от меня, гончий не чувствовал холода лишь в звериной ипостаси, поэтому предпочитал дожидаться окончания ежедневных занятий за дверью.
- На твоем месте я не стал бы столь демонстративно игнорировать его приказы.
- А он может мне приказать? - отвернувшись от оборотня, я обхватила прижатые к груди колени, скрытые мягкой тканью платья, в которое успела переодеться, пока слуги собирали поднос. - Я равна ему, как бы странно это ни звучало. Кайллан не может запретить мне покинуть замок, если я этого хочу. Я не нарушаю его правил, не причиняю вреда местным жителям, не устраиваю проблем, просто слежу за мертвыми. Это мое право, это мое предназначение, и он не может мне в этом отказать.
- Действительно веришь, что такого как он могут остановить твои доводы? Поверь тому, кто многое повидал в жизни - если этот Хранитель действительно захочет, ты и шагу не сделаешь из замка. Кем бы ни была.
- В таком случае мы просто уйдем на Грань.
- Для меня Грань означает смерть, не говоря уже о том, что ты до сих пор не научилась с ней связываться. Как собираешься уходить?
- Не говорю, что для этого не потребуется время, но в конечном итоге все равно уйду. А для тебя Грань безопасна, ты должен был уже понять, Аллан, что можешь находиться везде, где могу я, - заворожено наблюдая за засыпающим городом, я в который раз подумала, как же мне здесь было хорошо и спокойно. - Никогда больше не позволю кому-то решать мою судьбу, никогда вновь не окажусь во власти мужчины.
- Кто знает, девочка, кто знает...
Но я его уже не слушала, подобравшись и пристально взглянув вниз. Все повторялось. Плач. Я словно вновь оказалась в поместье, словно перенеслась на пять месяцев назад, когда проснулась в комнате мужа. Испуганный плач новорожденного младенца. Но на этот раз все было несколько иначе - я знала, что плакал не мой ребенок, не ощущала затуманившего разум зова, более того, чувствовала, что это была девочка, маленькая малышка, которой было страшно и очень больно. И она была мертва.
- Ты слышишь? - вскочил на ноги Аллан.
О да, Призрачный гончий не мог не услышать ее крика, не мог не почувствовать того, что ощущала я.
- В этом городе нет алтарей, - встала рядом с оборотнем.
- Причем здесь алтари?
- Я слышала такой же плач, когда нас убили, и это был зов алтаря.
- Что собираешься делать?
Обернувшись, я с благодарностью посмотрела на мужчину, который не стал отговаривать, прекрасно понимая, что я обязана была разобраться, откуда исходил этот призыв о помощи.
- Прогуляемся?
- А как же ворота?
- Разве тебя могут остановить какие-то ворота? - со значением произнесла, предвкушающее улыбнувшись.
И Аллан понял, судя по ответному смешку. Что значили высокая каменная стена и огромные кованые ворота для того, кто был Призрачным гончим? Он с легкостью преодолеет это препятствие, даже не заметив на своем пути. А я впервые прокачусь на спине огромного волка.
Новый крик заставил нас обоих вздрогнуть и посмотреть вниз, а потом мы побежали, поддавшись отчаянию, боли и ужасу, что чувствовался в плаче маленького создания, уже покинувшего мир живых. Я не помнила, как оказалась на улице, очнулась лишь на миг, врезавшись в незнакомого мужчину, поднимавшегося по ступеням замка, и, коротко извинившись, устремилась вперед, еще какое-то время чувствуя направленный в спину изумленный взгляд. А потом оказалась на спине оборотня, и мир растворился, слившись в череду огней и темных домов. Аллан бежал невероятно быстро, так быстро, что местные жители должно быть нас даже не замечали, однако я успевала все рассмотреть, каким-то образом перейдя на зрение гончего. Видела мир его глазами, ощущала невероятную смесь запахов. Вперед, еще немного.
Где она? Где девочка? Растерянно оглядываясь вокруг, я не могла понять, откуда раздавался безудержный плач. Никого. Ни душ, ни живых, абсолютно пустая улица. Но она здесь, я чувствовала присутствие ребенка, знала, что она где-то совсем рядом, ждет, когда же я ее замечу. А я не замечала. Да что такое? Почему я не могла ее найти? Опустившись на заснеженную дорогу, закрыла глаза, как учил Кайллан, и погрузилась в мир ощущений, где зрение не мешало по-настоящему смотреть на мир, где главную роль играли чувства. И лишь тогда поняла, где находилась маленькая душа - в ближайшем доме, где в порыве страсти слилась воедино пара, мужчина и женщина. Но при чем здесь ребенок? Почему девочка боялась? Почему молила о помощи? Почему испытывала нестерпимую боль? Возможно ли, что женщина беременна и малышка умерла еще в утробе? Но нет, та, что наслаждала обществом своего мужчины, никогда не носила в себе другую жизнь, я не видела ее в ней. Но тогда почему?