Беседа медленно потекла, словно равнинная река, извилистая и неспешная. Время давно уже перевалило за полночь, а чета Тьер все ещё обсуждала детали будущего их внучки с Лэрисой. Спустя множество долгих дебатов и споров решили, что девочка переедет в Лангред вместе с госпожой Полар и начнёт обучение по программе ее семьи. Конечно, было ещё много деталей и прочей шелухи, но Ария выделила для себя главное: она уезжает из дома, маму теперь нельзя называть «мамой», а только «Лэриса» и ещё ей предстоит знакомство с братом и сестрой. Девочка была страсть как недовольна всем этим! Ее спокойная, размеренная жизнь прекращается. А это не входило в планы маленькой леди. Тем более, «внезапно появившаяся» семья не внушала доверия. Ари так задумалась, что пропустила момент, когда ее начало клонить в сон. Глаза слипались, а мир вокруг стал расплывчатым, звуки доносились словно сквозь вату.
Состояние девочки заметил лорд Тьер и успел подхватить ее не руки, прежде чем она уснула на столе. Увлечённые разговором женщины даже не заметили, как малышка устала. Рдаэн покачал головой и поудобней перехватив лёгкую, как пёрышко, Арию, понёс ее в кровать. Лучший друг императора ещё немного понаблюдал за спящей внучкой и уже собирался уходить, но его внимание привлекло что-то чёрное на ее ручке. Лорд наклонился ближе и провёл по нежной коже... стирая маскирующий крем. Увиденное поразило Тьера настолько, что он отпрянул, чуть не снеся стул. «Бездна...что это?!». Кровь отхлынула от лица, и Рдаэн схватился за косяк, потому что ноги его не держали. «Риан, нужно спросить у Риана, он все объяснит... как он спас Дэю от действия ритуала Карах? Тогда сын сказал, что обратился к морским ведьмам, но сомнения одолевали меня одолевали, а уж сейчас... ему помог кто-то из Хаоса, и я даже догадываюсь, кто именно.»
Лицо лорда Тьера превратилось в маску. Мужчина перевёл холодный взгляд на мирно спящую девочку. Она пошевелилась и обняла одеяло, как куклу, сладко посапывая. Теперь он видел в крохе будущего врага Империи, а не любимую внучку, если она когда-то смогла бы стать такой. Рдаэн равнодушно смотрел на слишком резкие для будущей девушки черты, темные брови вразлет и пухлые губы. Нос с небольшой горбинкой выделялся на детском личике, особенно при тусклом свете ночника. В голове лорда пронеслась ничего не значащая мысль, отражающая всю жизнь Арии: «Красавицей она никогда не станет...»
Утро Арии началось не с щебетания синичек и снегирей за окном, которые каждый день устраивали войну за зёрнышки пшеницы, и даже не с ласкового голоса мамы, приглашавшего дочку пить горячий шоколад с блинчиками, нет. Ее разбудили какие-то незнакомые женщины, явно человеческого происхождения. Даже не поздоровавшись и не назвав своих имен, они начали быстро одевать девочку, в перерывах запихивая в нее ложку невкусной овсяной каши.
Пока на Ари натянули всю, как ей казалось, одежду, которая висела в шкафу, она успела досконально рассмотреть внешность служанок. Одна женщина была невысокой и очень худой, с тоненькими волосами и невзрачной внешностью, другая же наоборот — довольно габаритная дама, которая могла гордиться своей рыжей густой косой до бёдер и множеством веснушек. Движения умелых рук были отточены и быстры, женщины — настоящие профессионалы в своём деле. И девочке ничего не оставалось, кроме как подчиняться коротким просьбам: «Леди, повернитесь направо», «Госпожа, поднимите руку», с грустью глядя в окно.
Новая жизнь в качестве члена рода Тьер Арии не нравилась. Конечно, у неё будет все, что она пожелает: и наряды, и украшения, и игрушки, но исчезнет то, ради чего юная леди существует — свобода. Жесткий распорядок дня в поместье отнимет те крохи свободного времени, которыми так дорожила девочка. Теперь мама, хитро улыбаясь, не разбудит ее рано утром, чтобы пойти с плетёнными корзинками за город собрать редкий Герес Ранний, который распускается только на заре, теперь Ария не сможет бросить все дела и взяв Лэри под руку отправиться в лучшие книжные магазины Ардама, теперь... малышка закрыла глаза и тихо заплакала. Маленькие слезинки оставляли влажные дорожки на нежных щечках, падая на дрожащие ладони.
Служанки даже не обратили внимание на плач ребёнка, который сложно было таковым назвать. Девочка не всхлипывала и не билась в истерике, просто оплакивала утраченное счастье. Только сейчас она осознала, что «как раньше» уже не будет. И это пугало. А когда детей пятилетнего возраста что-то пугает, они находят самый простой способ выразить свои чувства — слезы. Поэтому автор ни в коем случае не осуждает нашу маленькую героиню, и вам не советует. Конечно, со временем она научится контролировать свои эмоции, но пусть все идёт своим чередом, быстрое взросление не есть хорошо, верно?