Не совсем точное название «Против природы», тем не менее, определенно выражает основу философии Гюисманса и его со-временников-символистов. Оттолкнувшись от идеи Сведенборга о том, что внешний мир является символом более высокого, духовного мира, мы приходим к полному неприятию Природы и всего естественного, к вялому поиску чего-то иного. В «А Rebours» это tieumo иное принимает множество форм: стеклянная коробка с шелковыми чулками, столовая, обставленная как корабельная каюта, даже вкус заплесневелой еды, найденной в отбросах. Как можно было ожидать, попытки дез Эссеита оказались безуспешными, и его потребность в спасении от разрушительной, парализующей тоски оставалась неудовлетворенной. Барбэ Д'Оре-вильи, говоря о «А Rebours», отмечал, что её автор, должно быть, выбирал «между дулом пистолета и перекладиной креста». В конце жизни Гюисманс посвятил себя служению католической Церкви. Но его путь к спасению шел через причудливые окольные пути.
Жорис-Карл Гюисманс родился в Париже в 1848 году. Он был единственным ребенком у своей матери-француженки и отца-голлаидца. Его детство было омрачено ранней смертью отца и повторным браком матери. После завершения образования в возрасте восемнадцати лет Гюисманс поступил на государственную службу в качестве чиновника, он работал в службе обеспечения долговых обязательств. Гюисманс оставался на государственной службе тридцать два года. В 1874 году он опубликовал свою первую работу, собрание стихотворений в прозе, «Ваза с пряностями». В этой работе явно видно влияние Бодлера. Попав затем под влияние Золя и Меданской группы, Гюисманс обратился к написанию романов и создал ряд добротных, хотя и не очень примечательных работ в натуралистическом стиле своего наставника. Но к 1882 году Гюисмансу наскучил социологический подход Золя, и в одном из писем к своему учителю он заявил, что чувствует потребность «в полной перемене» [И]. В результате появилось «А Rebours», кни* га, которая обозначила отказ Гюисманса от стиля Золя и начало его преклонения перед странным, причудливым и искусственным.
Однако «А Rebours» — при всем отрицании методов Золя — сохраняет многие качества, свойственные работам натуралистической школы. Здесь имеются, например, обширные изыскания в разнообразных областях: ботанике, латинской литературе, Средневековье, а также подробные детали, касающиеся диеты дез Эссента, его пристрастия к чтению, стиля одежды, обстановки комнаты. Действия почти нет, и часто появляется ощущение, что Гюисманс наслаждается возможностью показать читателю широту своей эрудиции. Сходные чувства возникают при чтении его романа «Там, внизу». Подобно «Занони», «Там, внизу» полон восторженной информации о сатанизме, алхимии, Средневековье, христианском мистицизме, гербологии, астрологии, черной магии, иллюминизму и множеству подобных предметов. Не будет большой ошибкой расценить книгу Гюисманса как своего рода энциклопедию оккультизма «конца века», замаскированную под роман.
Точно неизвестно, как возник интерес Гюисмаиса к оккультизму, но, очень вероятно, что он уже в молодости познакомился с оккультными работами. Как и Рембо, он легко мог найти достаточное количество мистических идей и прочей оккультной информации в популярной литературе того времени. Ранние признаки его интереса становятся очевидны в его романе «У пристани», где он рассуждает об инкубах, суккубах и Каббале. Без сомнения, его поиски были вызваны неудовлетворенностью грубой и «беспощадной жизнью». После неудачи дез Эс-сента, Гюисмансу оставалось только продолжать поиски чего-то большего. Отчаявшись найти какое-либо удовлетворение в жизни, Гюисманс все же сохранял небольшую надежду: «Возможно, есть еще оккультизм, — говорил он. — Я имею в виду не спиритизм, разумеется… Есть загадка, которая манит меня. Я бы даже сказал, она не дает мне покоя…» [12]. С помощью оккультизма Гюисманс надеялся найти «некоторую компенсацию за ужас повседневной жизни, убогость существования, экскре-ментальную мерзость тошнотворной эпохи, в которую мы живем» [13].