— Ничего я вам не скажу, — буркнула Виктория себе под нос, обижено надув губки.
Вот и все. Тупик. Капризный ребенок.
Анна пожала плечами. Она понятия не имела, что делать с этой девицей. И решила выбрать самый простой выход — напугать. Кричи, не кричи — не поможет.
— Ах, ты так! — Анна зашипела, словно змея. День сегодня, все-таки, выдался не из легких.
Слава богу, именно в этот момент открылись двери, и вошел Эдвард.
— Что тут произошло? — спросил граф Варвик, появившись в гостиной. Он бросил мимолетный взгляд на Вик, затем снова посмотрел на «сестру».
Граф появился в доме как раз вовремя, чтобы застать свою графиню в ярости, что случалось с ней крайне редко, а значит, происходящее в гостиной было действительно серьезно.
— Девчонка пробралась в мою комнату, — ответила Анна, стараясь перебороть гнев.
— Она что-нибудь украла? — поинтересовался вампир.
— Мартина застала ее за преступлением!
— Ну, раз все кончилось хорошо, и все ценности на месте, то не стоит ее задерживать, — перебил графиню Эдвард, подойдя ближе к ней и Вик. — Не стоит раздувать из мухи слона.
Анна хотела возразить, но заметила, что что-то во взгляде и поведении графа было не так. Эдвард казался ей взволнованным и озабоченным, чего обычно за ним не наблюдалось.
Единственный раз, когда она видела его таким был перед тем, как вампир впервые покинул ее, не оставив даже записки.
— Ты голодна? — наклонившись к Вик, спросил Эдвард. Та ничего не ответила, только удивленно захлопала глазами. Воображение девочки в этот момент активно работало. Ей вдруг показалось, что после этих слов Эдвард должен закатать рукав, достать из кармана кинжал, непременно инкрустированный рубиновой и брильянтовой крошкой, полоснуть им по голым венам и дать ей испить крови, но…
— Мартина, принеси девочке чего-нибудь поесть, — попросил граф, ограничившись лишь такой простой и понятной фразой.
Вик снова, как и в предыдущий раз, мешком упала на диван, параллельно вжимаясь в него поглубже. Эдвард её тоже пугал. Но не так сильно, как эта Анна. У него были такие глаза… В таких тонут невинные жертвы любовных кораблекрушений. Глаза были такими… такими… темно-карими.
Сказал и ушел. Так же внезапно, как и появился. Но на этот раз вместе с графиней. Ну, хоть что-то.
Мартина послушно кивнула и удалилась, быстро и мягко ступая по ковру. Обученная прислуга, ничего не скажешь.
Через пару минут перед носом Виктории появилось блюдо, на котором лежал вожделенный батон, уже порезанный на ломтики, куски копченого мяса и овощи.
Как поднос опустел, бродяжка и не заметила. Все было очень вкусно и тепло. Чувство опасности ушло вместе с голодом.
Сцена, которой Мартина стала невольной свидетельницей в гостиной, прячась за колонной, поразила и напугала ее. Временами любознательная горожанка, волей судьбы оказавшаяся в услужении у графини, испытывала непреодолимое желание знать, что происходит за ее спиной, когда она, нагруженная подносами, пальто или подсвечником, выходит из комнаты. На этот случай в старом особняке существовали такие излишества интерьера имперского стиля, как эти колонны, поддерживающие лестницы в гостиной, широкие оконные ниши, закрытые темными плотными портьерами, углы в коридорах… Иными словами, Мартина Новачек тоже была девушкой не без грешков.
Покинув свое место для наблюдений, она произнесла:
— За инспектором послали, он скоро будет.
Сложив руки за спиной, как и подобает скромной девушке, она прислонилась к той же колонне и ждала следующих приказаний. И они не заставили себя ждать:
— Мартина, принеси девочке чего-нибудь поесть, — повелительный взмах руки графа.
Мягко ступая по ковру — без него в гостиной было бы еще холоднее — горничная неспешным шагом удалилась в направлении кухни, чтобы наполнить поднос тем, что осталось после завтрака — хлебом, мясом и овощами…
Но пока она успела разложить на столе перед Вик вилку, соусник с подливкой и салфетку, поднос уже успел перекочевать на колени к девочке. Вилка ей не понадобилась, салфетка тоже… Глядя, как она вытирает нос и рот рукой, Мартина улыбнулась.
— Эдвард, — окликнула его Анна. — Нам надо поговорить… в кабинете.
Графиня удалилась, и граф последовал за ней. Прикрыв за собой дверь, он сел в кресло напротив Анны, подперев голову рукой.
— Что случилось? — спросила она.
— Что ты имеешь в виду? — удивился Эдвард, внимательно изучая пресс-папье в виде нереид.