А лучше бы просто выбросить его из головы… но не тут-то было.
— Арея, Ваше Величество! — в кабинете в нарушение всех правил сидит Роберт. Впрочем, он — принц-регент и таким образом её опекун, стоит ли винить стражу, что они не решились перечить? Впрочем, если не решились — это ещё полбеды, скорее всего, это им и в голову не пришло…
Она дарит поднявшемуся с кресла мужчине лучезарную улыбку. Удивительно, но сообщение о его скорой свадьбе и в самом деле сделало Роберта привлекательнее в её глазах. Наверное, это обычная жадность, но не будь в её жизни невыносимого тёмного мага, не знай она, как один даже взгляд может волновать, сейчас бы, вероятно, шагнула навстречу принцу-регенту, задержала его руку в своей, отвечая на невысказанный вопрос, давая надежду…
— Роберт! — Арея протягивает ему руку, которую он целует и оставляет в своей дольше, чем это позволительно. — Простите меня, я преступно задержалась с ответом на ваше письмо…
Она и в самом деле до сих пор не ответила. Просто не смогла себя заставить, но совершенно не потому, что, вероятно, подумалось Роберту… а ему точно что-то подумалось, или в голову ударило, потому что он рывком притягивает королеву к себе и целует. Арея застывает, сама толком не зная, почему: то ли от неожиданности, то ли из любопытства: а вдруг отзовётся что внутри? Или же в пику себе и тёмному магу, не гнушающемуся не только спать с разными женщинами, но и рассказывать ей об этом…
Несколько мгновений, в которые Арея успела ощутить разве что неловкость и сожаление, и Роберт отпускает её. Но не потому, что вспомнил о приличиях. Нет, он начинает задыхаться — королева видит, как на шее её регента и друга, одного из немногих друзей, которых ей удалось приобрести к настоящему моменту, затягивается тонкая полоска тьмы. Принц силится снять её со своего горла, хотя бы ослабить, но никак не может даже ухватить. Арея тоже пытается схватить удавку, но её пальцы просто проходят насквозь, как и его, дотрагиваясь лишь до напряжённой шеи несчастного мужчины. Наверное, надо было звать на помощь, но что сделают стражники, да даже и маги там, где проявила свою волю Тьма? Арее казалось, что всё вот-вот закончится. Тёмный маг лишь припугнёт и отпустит… Но лицо Роберта стало уже багровым, а ноги подломились и он упал на колени…
— Виир! — прошипела королева, сжимая изо всех сил колье. — Не смей! Не смей, мерзавец! Этого я тебе точно не прощу!
Разумеется, не так, совсем не так надо разговаривать с тёмным магом, которому ты кругом обязана… Он ведь не то что намекал, он прямым текстом указал ей на то, что за ней нет силы… а с другой стороны, слишком остро она чувствует, как заканчиваются секунды жизни Роберта.
— Себе не прощу! — шепчет королева, сжимая проклятые камни ещё крепче. — Виир!
Тёмный появился. Таким, каким Арея его ещё не видела, и, если совсем честно, предпочла бы и не видеть. Было страшно. Взгляд чёрных глаз надменно-ледяной, а за плечами клубится то ли плащ из Тьмы, то ли крылья, и веет от него не то кошмарами, не то вообще потусторонним миром. И смертью. Одной, вполне конкретной смертью.
— Прекрати это! — тем не менее требует королева. И да, у неё дрожит, прерывается голос, а также слабость в ногах от ужаса — на её глазах чуть не умер её друг!
Виир не удостоил её и взглядом. Он остановился перед Робертом, и Тьма тут же услужливо вздёрнула принца вверх, подвешивая в воздухе.
— Если ты притронешься к ней ещё хоть один раз, — тихо говорит маг, и Арее даже кажется, что она ослышалась, — я навещу твою невесту, принц.
Судя по тому, как вздрогнул Роберт — всем телом, проклятый тёмный безошибочно определил болевую точку и самую действенную угрозу. Стать причиной страданий невинного, доверившегося тебе человека, может ли для благородного принца быть больший кошмар?
— Убирайся. И больше не трогай моё, — продолжает маг… и принц, которому осталось регентствовать всего один день, её самый надёжный друг, самый преданный… покидает кабинет, даже не взглянув в её сторону… а Виир… Виир просто исчезает, несмотря на то, что Арея успела дотянуться и схватить его за рукав — ткань превращается в туман, и пальцы больше не могут её удержать…
Арея опускается прямо на пол, и разрешает себе расплакаться. От облегчения, что обошлось. От ярости и бессилия. От обиды, в конце концов. Да что этот чёртов тёмный о себе возомнил?!