— Я разведусь, — говорит бледный Роберт, которому, очевидно, этот разговор невыносим. — Благодарю, моя королева.
А в глазах его упрёк, и боль, и даже, наверное, разочарование, но ей плевать. Стоит вспомнить крестьянку и то, что Роберт собственноручно, будучи регентом, подписал индульгенцию тому дворянину…
Она сухо кивает. Интересно, что бы сказал Виир? Наверное, тоже остался бы недоволен — не настолько она сильна, чтобы оставлять за спиной живых врагов. Если ему было бы до неё хоть какое-то дело…
ГЛАВА 11
Снова пришёл Колин. После первой его попытки зачать наследника, Арея быстро приспособилась и отлично наловчилась либо отсутствовать в нужные дни, либо, напоив мужа, подкладывать под него куртизанок. Девушки не жаловались — платила королева щедро. Как за информацию, так и за это.
— Сегодня совершенно неподходящий день цикла, — легко соврала ему королева. Сегодня она как-то не подготовилась, хоть Колин и нетрезв, но куртизанки у Ареи в покоях нынче нет. А значит, день совершенно не подходящий.
Но муж почему-то всё равно решил остаться. Шагнул не к кровати, а к креслу. Хочет говорить? Арея не настроена, и потому что считает его круглым дураком, которым вертят его фавориты и фаворитки, и потому что несёт от него алкоголем, что, как известно, ума не прибавляет… Хорошо хоть ему пока что хватает ума не подчиняться магам.
Колин её недовольство игнорирует.
— Арея, — неожиданно мягко выдаёт он. — Я был к тебе несправедлив. Ты — умная, красивая женщина. Сильная.
— Был, — спокойно соглашается королева, ей почти смешно — после признания муж смотрит на неё выжидательно, словно одна фраза должна что-то изменить в их несложившихся отношениях. Тем более что ненавидеть и презирать можно любую, даже самую красивую, сильную и умную женщину. — Теперь не будешь?
— Н-не буду, — послушно соглашается Колин. И кивает как болванчик.
— Вот и хорошо, — не поверив ни на мгновение улыбается Арея. — Спокойной ночи, дорогой супруг.
Колин поднимается из кресла, мнётся ещё какое-то время, а затем, пробормотав что-то неразборчивое, но весьма похожее на «хороших снов, дорогая» уходит.
Чудно. Неужто в алкоголь ему что-то подмешали? Если Колин на самом деле осознает, что она умная и сильная, он постарается от неё избавиться, не взирая на риск потери короны. Потому что иначе, рано или поздно, она избавится от него.
А утром Арее зачем-то приносят цветы. Красные розы для прекрасной королевы. И муж приглашает её на прогулку. И, поговаривают, разогнал фавориток… ну или спрятал. Что-то происходит. Может быть, на прогулке должен произойти несчастный случай? В конце концов, живая, но парализованная королева куда удобнее активной, сующей везде свой не согласный с мужем нос… От прогулки Арея от греха подальше отказывается. Цветы принимает, пусть и не хочется, но объявлять войну она совсем не заинтересована…
А у Колина, как поговаривают, новый фаворит. Иностранец. Тихий, вежливый… судя по всему, умный и опасный. Арея уверена, что это он подбил супруга налаживать отношения… и уже заранее его за это ненавидит и опасается. Хотелось бы что-то изменить, но у неё слишком мало верных людей. Пока ещё слишком мало!
Почти через месяц безрезультатных и вялых ухаживаний короля за королевой, о которых, впрочем, судачил уже не только дворец, но и вся столица, если не вся страна, этот самый фаворит повстречал Арею в саду. Раньше намеренно прятался, не иначе.
— Ваше Величество!
Молодой. Куда моложе, чем она думала. Худощавый, изящный, светло-русые волосы… глаза непонятно какого цвета, ибо он потупил взгляд, склонившись в поклоне.
— Кто вы? — спросила Арея. Разумеется, она уже знает, кто. Пьер Рауль эс Норр. Человек без прошлого… или же человек, назвавшийся вымышленным именем и плохо позаботившийся о своей легенде.
— Ваш преданный слуга, Ваше Величество. Пьер Норр. Его Величество в своей безграничной милости счёл меня достойным чина своего Советника.
— Так это вам я обязана тем, что мой муж стремительно поумнел? — казаться глупее, чем ты есть — увы, закон выживания. А заодно проверим, насколько этот Пьер Рауль хорош в дипломатии.
— Я был бы счастлив послужить вам любым образом, в том числе и таким, Ваше Величество. Но не думаю, что в переменах в поведении Его Величества и в самом деле есть моя заслуга.
— Вот как? И что же вы ему советуете? — Арея, наконец, удостаивает так и застывшего в поклоне мужчину кивком и взмахом веера, позволяя себя сопровождать.