На смену первому чувству облегчения — она даже успела почувствовать себя неверной женой, что бегает на свидания к любовнику, как только муж отвернётся, и которую едва не застукали — пришёл леденящий страх. Он… мёртв? Не может же живой человек так безучастно и бессмысленно смотреть в пустоту? Тут Вейлор моргнул, и отчего-то стало ещё более жутко. Словно он живой, но пустой. Тело есть, есть инстинкты: тело дышит, моргает, наверное, даже сглатывает и что там ещё люди делают неосознанно, а вот разума и души — нет. Хозяина тела нет…
Вейлор моргнул ещё раз, чуть вздрогнул, и взгляд его стал осмысленным.
Она же быстро отвернулась, пытаясь унять бешено бьющееся сердце и спрятать, скрыть, что смотрела на него. Что видела его. Отчего-то это казалось опасным.
Зона Тьмы, кажется, сводит с ума.
Она вздохнула и, собрав всё своё невеликое мужество, повернулась к жениху, который теперь однозначно казался чудовищем и совсем никак не вязался с восторгом и трепетом, который она к нему испытывала ещё совсем недавно, если верить воспоминаниям…
— Наверное, надо идти дальше? — она молодец, ведь голос совсем не дрожит.
В голове всплывает из давно где-то вычитанного, а может, народная мудрость — если не можешь остановить, возглавь. Смешно. Как будто простая девчонка что-то может…
Они идут. И она даже позволяет ему вести себя за руку. В конце концов, если он и в самом деле тварь Тьмы, занявшая место её жениха, что она прямо сейчас может с этим сделать? Ничего. А значит, надо быть полной дурой, чтобы биться в истерике и пытаться разоблачить…
Он вылетел прямо на них, и тут же, споткнувшись, полетел на землю. Аккурат к её ногам. Высокий, светловолосый мужчина, со светлыми, отчётливо-безумными глазами. Глаза — первое, что она заметила, ибо он не отводил от неё взгляда. Уже потом бросилась в глаза когда-то роскошная, а теперь испачканная и порванная одежда. Расцарапанное лицо, наспех и не очень умело перевязанная рука — впрочем, сама он одной рукой вообще вряд ли смогла бы смастерить даже такую повязку…
Вейлор тут же шагнул вперёд, заслоняя её. А безумец выпалил с радостью и болью:
— Ваше Величество!!!
Точно безумец. Ибо она, конечно, могла бы предположить, что жених её, как водится, король или принц инкогнито, но этот измотанный мужчина уставился именно на неё.
— Вы ошиблись, — тихо отозвалась она.
А Вейлор достал нож. И показалось, что этим вот чуждым, чего она боится, от него сильнее повеяло. Но она без сомнений схватила его за руку с ножом.
Зона Тьмы играет с людьми, и разве дело это — убивать тех, кого она свела с ума?
— Ошибся, Ваше Величество, — покаянно зашептал сумасшедший, явно не поняв, что её несмелый ответ относится к обращению и отнеся его на какой-то другой счёт. — Простите меня, я погубил вас!
Будь она и в самом деле королевой, наверное, улыбнулась бы ему и сказала “ещё нет”, но она — простая девушка, которая уже почти потеряла себя, и всё, что она отвечает это:
— Почему вы так говорите?
— Вам нельзя было сюда приходить. Вам вообще нельзя было связываться с Тьмой. Теперь мы все погибли, все… Простите, меня! — последние слова даются мужчине с особой болью.
— Пусти, — цедит Вейлор в руку которого она на удивление крепко вцепилась. — Он не в себе!
— Это не повод его убивать! — огрызается она. И уже безумцу: — Я - Марийка. Не королева. Мне жаль…
— О нет! — отчаяния на лице страдальца становится ещё больше. — Уже слишком поздно, слишком поздно… Тьма получила своё… Я должен… Должен. Я должен! Прости меня, Арея!!! — он переходит на крик и вдруг начинает сиять. Посреди вечного фиолетово-сиреневого сумрака зоны Тьмы это выглядит особенно дико. На него больно смотреть, и в то же время смотреть — всё равно что дышать чистым воздухом.
— Ильташ! — она сама не знает, откуда взялось имя, но оно точно верное. От Света слезятся глаза, но при этом он словно возвращает ей себя.
— Арея… Прости. Я должен! Я люблю тебя. Прости!
Свет превращается в стрелу, и летит к ней — она не сомневается: летит, чтобы убить. Но ей отчего-то почти нестрашно, наверное, потому что она неожиданно вспоминает — есть вещи, за которые можно и умереть. А может, потому что несмотря ни на что чувствует себя в тёмной зоне в безопасности. Словно какая-то её часть сроднилась с Тьмой. Или её часть и есть сама Тьма?
Стрела из света разбивается о неожиданно выросший перед ней щит из Тьмы. И в этой же Тьме исчезает Ильташ. Навсегда исчезает. Не прощает Тьма такого вызова…