Я остановила лошадь и наблюдала за попытками дракона прорваться в Темный лес, они были безуспешными. Наконец, поняв, что дальше ему хода нет, дракон сел на землю и стал меняться. Всего несколько секунд и передо мной стол Алехандро де Силва собственной персоной.
Я чувствовала взгляд, направленный на меня. Трудно было понять, чего в нем было больше: облегчения или раздражения. Но что-то мне подсказывало в тот момент, что вреда он мне не причинит.
- Прощайте! – громко крикнула я ему.
- Мы еще встретимся! – услышала я в ответ, прежде чем тьма леса скрыла нас от него.
Глава 24. Шабаш ведьм.
Мы все дальше и дальше углублялись в Темный лес. Тьма не отступала. Она окутала нас со всех сторон. Лучи зеленой магии моей попутчицы освещали тьму.
Конь то шел медленно, то шарахался в сторону, стоило наступить на какую-нибудь ветку, то вставал как вкопанный и приходилось прилагать усилия, чтобы он начал двигаться дальше.
Кеша, сидевший в капюшоне, молчал. Попутчица моя тоже. Тишину нарушали только звуки леса.
Постепенно тьма стала отступать и можно было разглядеть силуэты деревьев, вырисовывавшихся в темноте. То там, то тут загорались огоньки, подсвечивавшие их, создавая сказочную атмосферу. Я словно оказалась в другом мире. Вековые деревья выглядели как сошедшие с картин художников моего мира: огромные, ветвистые, с торчащими корнями, доходившими местами до талии. Я почувствовала себя муравьем посреди этого леса.
Ехали мы так несколько часов. Мои биологические часы подсказывали утро, хотелось есть. От бессонной ночи слипались глаза, я несколько раз чуть не вывалилась из седла, задремав под мерное шагание лошади. Кажется, наша кобыла немного привыкла к окружающей обстановке и уже не так шарахалась от любого шороха.
Подъехав к старому дубу, я остановила лошадь. Моя напарница поняла меня без слов и тут же спрыгнула с кобылы. Я последовала ее примеру, еле сползая с нашего транспорта.
Спина затекла и болела, попа, кажется, приняла форму седла. Я разогнулась и почувствовала все мышцы, которые находились в моем организме, а скрип костей, походу спугнул местную живность.
Ведьма, спасенная мной, стояла и с любопытством меня разглядывала. Она была старше меня. Ее длинные прямые зеленые волосы подчеркивали тонкие черты лица. А еще в свете блуждающих огоньков, я различила на ее голове пару аккуратных кошачьих ушей. Ярко-желтые глаза смотрели на меня с интересом.
- Кто ты? – спросила я напарницу.
- Лаура, - представилась она. – Ведьма-оборотень.
- Как ты оказалась около Западных ворот? Как им удалось тебя поймать?
- Верховная отправила, сказала, что в ближайшее время там должна появится ведьма, и судя по всему, мои ожидания были не напрасными.
- О чем ты?
- Ведьму то я дождалась.
- Мне кажется ты ошибаешься.
- Ой, да ладно тебе. Я чувствую твою силу. Ты – ведьма, - утвердительно сказала она.
Кеша, сидевший все время в капюшоне, высунул наружу свой любопытный нос. При виде него Лаура зашипела, как самая настоящая кошка.
- Мышь! – воскликнула она. – А я-то думала, откуда этим мерзким грызуном несет.
- Ты кого грызуном назвала, шкурка блохастая?! Да я тебя! Да ты вообще знаешь с кем связалась! – кипятился на моем плече Иннокентий.
- Да я тебя одним зубом перекушу! – вторила ему Лаура.
- Он со мной, - остановила я воюющих. – Его зовут Иннокентий.
Лаура прыснула со смеху.
- Иннокентий!?
Кеша в ответ грозно замахал коготками, что еще больше развеселило ведьму.
- Так, хватит, - вмешалась я, чувствовала, что эти перепалки могут длиться вечно. – Куда нам дальше?
Лаура собралась и не обращая внимание на летучую мышь ответила:
- На шабаш, - пояснила Лаура, - Верховная ждет.
Оставшуюся часть пути мы проделали пешком. Впереди шла ведьма, указывающая нам путь, за ней я, ведущая лошадь под уздцы. Сколько бы мы не шли, светлее все не становилось. Кажется, здесь были постоянные сумерки, меняющиеся с ночной тьмой.
Я старалась идти шаг за шагом Лауры, боясь наступить не туда или сойти с тропы и заблудиться. Кеша, обиженно надувшись, молчал. Ведьма, периодически рассказывала про лес, иногда замолкала на полуслове, прислушиваясь к окружающей обстановке.
Парой мне казалось, что этот путь никогда не закончится. Я была готова поддаться отчаянию, все-таки темнота давила, а еще на душе появлялись и отступали разные чувства. они то сильнее о себе заявляли, то слабее. Происходить это стало с того момента как мы пересекли черту Темного леса. Но самым сильным из этих чувств проступала ненависть. Казалось, она росла, с каждой минутой, с каждой секундой и крепла, отвоевывая миллиметр за миллиметром в моем сердце.