Такой процессией мы дошли до роскошного замка. Своей помпезностью он поражал. Я сидела с открытым ртом разглядывая это великолепие.
Толпу, сопровождавшую нас, дальше ворот не пустили. Мы же проследовали к дальнему входу. По обе стороны от моей тележки шла вооруженная охрана.
Сейчас как никогда я почувствовала себя не столько пленницей, сколько преступницей, которую привезли зачитать приговор.
Скрип засова вывел из задумчивости.
- На выход! – прогремел громоподобный голос ищейки.
От долгой езды в неудобной позе все тело ломило. Я встала и выпрямилась во весь рост. Сырая одежда облепила мое тело. Мнимое тепло, согревавшее меня последние несколько часов, тут же испарилось и холодный воздух проник под сырую одежду.
Еле передвигаясь, я выбралась из клетки. Верзила сразу же связал мне руки веревкой и потащил через заднюю дверь внутрь замка. Мальчишка последовал за нами, но постепенно он начал отставать, а потом вообще остался в кухне. Меня же вели через запутанные коридоры куда-то в глубь замка, не особо беспокоясь о том, чтобы я нигде не растянулась. В двери комнаты меня практически втолкнули, и если бы мне не удалось удержаться на ногах, то точно бы пропахала носом по каменистому полу.
В комнате я оказалась не одна. Около окна стоял высокий мужчина. На меня он не взглянул, лишь легким кивком головы дал понять ищейке, чтобы нас оставили одних.
- Жалко выглядишь, - заговорил он со мной после пятиминутного молчания.
Он разглядывал меня с ног до головы. По всему его виду было понятно, что мы с ним знакомы. Но вот я понятия не имела кто же он.
В памяти Мари, всплывали какие-то фрагменты и отголоски прежней жизни. И этот мужчина в них присутствовал. Воспоминания как волны, то появлялись ярким всплеском, то снова отступали, не дав никакого объяснения.
Мужчина между тем подошел ближе, но не сделал никакой попытки ко мне прикоснуться. Он с какой-то брезгливостью смотрел на меня.
- Тебе бы следовало привести себя в порядок, - заметил он.
- Не успела, - ответила я ему в тон, - я, как говорится, с корабля на бал.
Мужчина уставился на меня так, будто видит меня впервые. Если честно, именно так и было.
- А ты изменилась, - сказал он, - на язык остра стала. Но ничего, не долго тебе веселиться, дорогая невестушка.
Он обошел меня и встав за спиной заговорил снова:
- Ты же помнишь, что по закону, подписанному мной, у тебя больше нет прав.
- Такое не забудешь, - ответила ему.
- Ты сама виновата. Ты и твоя семейка, подославшая тебя ко мне.
- У каждого своя правда, - сказала я, покосившись в его сторону, - но невесту ты выбрал себе сам, так что не надо перекладывать с больной головы на здоровую.
- Знаешь, сейчас ты мне нравишься еще больше, - сказал он.
Я почувствовала, как на его лице расползается довольная улыбка.
- Что же ты для меня приготовил? – спросила я, стараясь отвлечь от похотливых мыслей, мелькавших в его голове.
Я чувствовала нутром, как моя строптивость возбуждает в нем интерес.
- А как ты думаешь? Ты ведьма, и как ведьму тебя сожгут на костре.
Я лишь фыркнула в ответ.
- Как банально.
- Не заставляй меня включать фантазию, - заговорил женишок, - а то пожалеешь.
- У меня будет последнее желание?
Последовала минута молчания, а затем раздался громкий смех на всю комнату:
- Нда, дорогая, ты умеешь удивлять. Пожалуй, после твоей смерти, я буду по тебе скучать, - отсмеявшись он продолжил. – И что же ты хочешь?
- Сущую мелочь: принять горячую ванну, получить теплую одежду и поесть.
- И это все? – удивился он. – Не густо. А за своих родителей ты попросить не хочешь?
- Что-то я сомневаюсь, что ты пожалеешь моих родных. Мать – ведьма, отец хоть и обычный человек, но скрывал связь с ведьмой много лет. Что ты для них приготовил?
- Твоя мать разделит твою участь.
- А отец?
- А твой отец сказал, что не знал, что его жена ведьма. Маргарита, по его словам, все это время прекрасно скрывала от него, кем является на самом деле.
- Предатель, - тихо прошептала я.
- Я отошлю его на границу с темным лесом, где водятся темные ведьмы, колдуны, некроманты и прочая нечисть. Своей службой он искупит вину за связь с темной ведьмой. Ваши земле отойдут короне.
- Она не темная.
- Мне плевать! Она ведьма, так же, как и ты, и этого достаточно, - прорычал жених мне в лицо.