«Не заметила или ловко прикидывается? Скорее всего, второе: у лесного народца повышенная чувствительность — они непроизвольно сканируют пространство»
— Привет, красавица! Есть взаимовыгодное предложение…
Кессэр разливался соловьем, он умел очаровывать, когда это было выгодно. Темная и бровью не повела. Предупреждение библиотекаря о закрытии прервало дроу на полуслове. Диарра собрала книги, писчие принадлежности, и так ни разу не взглянув на ошарашенного и обозленного таким поведением принца, исчезла за тяжелыми дверями.
Более предметный разговор случился в общежитии несколькими днями позже, прямо у комнаты темной.
Время неумолимо приближалось к полуночи. Кессер устал ждать, фейри явно не торопилась. После вечерней тренировки минуло столько, что легко можно было три раза поужинать и обойти с десяток любовников.
Наконец в конце коридора раздались легкие, будто танцующие шаги. Темная. Диарра о чем-то серьезно размышляла, меж бровей прорезалась суровая морщинка. Сунула ключи в замочную скважину, но на тонкое запястье легла затянутая в перчатку кисть.
— Есть разговор.
Фейри подняла на дроу усталый взгляд, черные глаза были не по возрасту мудры и серьезны.
— Слушаю.
— Некто интересуется тобой. Знаю, ты небогата и деньги лишними не будут.
Перед носом зазвенел бархатный мешочек. Девушка вздрогнула, взгляд потяжелел и неприятно напомнил паучьих сестер.
— Что ты мне предлагаешь? — Как-то слишком ласково спросила она.
— То, о чем мы договорились в библиотеке.
Секундное замешательство.
— Ты меня с кем-то путаешь. Мы с тобой никогда не вели беседы, особенно в библиотеке.
Заносчивый ответ поднял в душе дроу волну неконтролируемой злобы.
— Ты издеваешься? Мы сидели друг напротив друга более двух часов.
Темная на мгновение задумалась, будто что-то анализируя.
— Когда это было?
— Два дня назад. Ты расположилась за угловым столиком у самой стены и обложилась учебниками о пространственной магии.
— Было такое, но есть нюанс: когда я учусь, то полностью абстрагируюсь от окружающей действительности. Даже из пушки можно стрелять. Я, правда, тебя не приметила.
— Ложь. — Не речь — змеиное шипение.
— Меня мало интересует: веришь ты мне или нет. Давай закончим этот пустой разговор.
— Постой…
— Быстро, четко и ясно: что тебе от меня надо?
Тонкие ноздри дроу затрепетали от гнева. Как она смеет так непочтительно разговаривать с высшей знатью? Обычная простушка, выросшая в забитом северном поселении. Наверное, из-за этого сказал слишком грубо и прямолинейно.
— Нужно согреть постель дракону. Это выгодно и недолго. Дариен быстро перегорит, у тебя ни кожи, ни рожи.
Темная медленно опустила сумку на пол, размяла пальцы и зловеще уточнила:
— Я ослышалась или ты мне предлагаешь стать продажной женщиной?
— Стать грелкой принца довольно престижно.
— Для кого?
— Для безродной нищебродки вроде тебя. — Кессэр никогда не отличался терпением. Ответом была не банальная пощечина, к которой он в глубине души был готов. Его отправил в полет хорошо поставленный удар в челюсть. Следом прилетело по ребрам.
— Мой ответ — нет.
Самое унизительное то, что дроу даже не подумал защищаться. Все же паучьи сестры некоторые истины накрепко вбили и в его голову.
«Я спасовал перед женщиной! Вновь уступил, опустил руки»
От осознания этой крамольной мысли принца затопила ненависть, злость и обида. Полыхающий коктейль стал почти материальным и воплотился в образе высокой, тонкокостной, но невероятно ловкой и сильной темной фейри. Такие обиды принц не прощал и не забывал. Не для того он убил столько женщин-дроу, чтобы вновь бояться и склонять голову. Он жаждал крови.
В голове Кессэра мгновенно созрел план, как убить одним выстрелом двух зайцев: убрать с пути темную и повязать страхом наивную землянку. Станет Эльвира женой дракона или нет — дело десятое, но дар огня отдаст непременно.
А Кессеру нужна его свобода.
Диарра просыпалась долго и неохотно. Голова тяжелая, в мышцах слабость, а во рту — пустыня. Состояние, как после продолжительной болезни. Темная потерла слипшиеся ресницы и с удивлением увидела засохшую кровь. Не без труда, где-то с десятой попытки фейри села на сбитых в ком одеялах и увидела в противоположном углу живописную композицию из спящих парней-однокурсников. Лица серые от усталости, несвежая и мятая одежда. Девушка нахмурилась, плотно обернулась в одеяло и, прихватив из платяного шкафа вещи, скользнула за двери уборной.
После горячей ванны фейри почувствовала себя вновь живой. Кровь жарко заструилась по жилам, а за спиной распустись призрачные черные крылья. Они ощущались вполне материально, как часть тела и резво поднимали ее над землей. Девушка пробовала парить, зависать под потолком или делать замысловатые пируэты.