Ника была из неформальной среды, странной и замкнутой девушкой, но доброй и отзывчивой. Хоть и у нее был трудный характер, ведь она еще в юном возрасте стала баловаться оружием и скоро стала мастером стрельбы. Она вообще была спортсменка и интеллектуалка, любительница тяжелой музыки и необычных философских книг и познавательной литературы. Это у них с Лопшем было схоже, да и взгляды на жизнь у них не сильно отличались. Ника была мало эмоциональной и скованной, но все-таки ее красота притягивала к себе. Лопш нашел себе великолепную партнершу по бизнесу и любовницу, в постели она была бесподобна, такая страстная маньячка.
При виде Мессии она встала и протянула ему руку. Мессия ее пожал, почувствовав силу девушки. Она так ему понравилась, что он сглотнул слюну, разглядывая ее, у него во рту пересохло от такой изумительной красоты. Он восхитился и захотел узнать ее поближе, но пришлось сдержаться, чтобы мгновенно не уложить ее в постель и оценить все ее природные прелести и способности по достоинству.
Лопш этого бы не одобрил, и это могло закончиться бурной ссорой с выяснением отношений, Лопш вообще был подозрительным. Друг Мессии не трогал его девиц, а Мессия в ответ не трогал девиц друга. Такой у них был уговор, и нарушать его было нельзя. Поэтому Мессия подавил в себе сексуальное желание и влечение, а только улыбнулся подруге.
– Ника, очень приятно! – улыбнулась она.
– Мессия, мне тоже очень приятно видеть такую красавицу. Ты ведь помощница Лопша? – ответил он, восторгаясь девушкой.
– Спасибо, я польщена! Да, я помогаю ему, – подтвердила Ника с сексуальной улыбкой.
Появилась Эмили и тоже пожала руку Ники. Ника тоже почувствовала силу девушки и оценила не только ее силу, но и ее величественную красоту, привлекательность и грациозность подруги Мессии. Она была рада их встрече и приветливо улыбнулась. Ника, как и Эмили, тоже бросила курить, Лопш настоял на этом, как и на отказе от злоупотребления спиртным. Сам маньяк почти не пил и вообще не курил, как и его друг, который любил все-таки принять на грудь. Но оба друга на душу не переносили табачный дым, и Мессия при Лопше старался меньше пить или вообще этого не делать, зная о его образе жизни. По довольному взгляду девушек было заметно, что они понравились друг другу, маньяки заметили, что они знакомы друг с другом, но давно не виделись.
– Я ведь знаю тебя. Эмили, ты дочь сыщиков, как и я. Вот так встреча! Сестры снова встретились после долгой разлуки. Рада тебя видеть, сестренка, – обрадовалась Ника.
– Я теперь не дочь сыщиков, а помощница Мессии, Ника, но тоже очень рада встрече с тобой. Ты тоже не их дочь, а помощница Лопша, – сказала, осторожно поправив ее, Эмили.
– Ладно, мы вас оставим здесь. Вам есть что обсудить, девушки. У нас серьезный разговор, – промолвил Лопш и вышел вместе с Мессией.
Девушки сели напротив друг друга в удобные кресла и налили выпивки в стопки, которые Ника специально достала. Она держала небольшую коллекцию спиртного, хоть ее друг не одобрял этого, но она уломала его. Эмили оценила коллекцию и обстановку в комнате. Девушки внешне не изменились за большой промежуток времени, но вот внутри они стали другими. Они решили выпить водки ради такой приятной встречи, и Ника достала «пузырь». Они так давно не виделись, им было, что обсудить.
– За встречу! – произнесла Ника, и они выпили, а потом начали веселую беседу.
Ника узнала, что родители Эмили вышли на нее и на Мессию, что они вели с ними отчаянную борьбу. Она узнала, что Лопш их спас, и рассказала Эмили о том, как она покинула своих родителей, разругавшись с ними из-за того, что Ника часто попадала в неприятности с криминалом. Родители хотели посадить ее, и она исчезла. Теперь Ника не знает, где они, но была недовольна тем, что родители Эмили знают многое. Нике не хотелось ввязываться в разборки, но ради сестры она была готова, ведь Лопшу тоже придется помогать Мессии и ей. Ника рассказала о знакомстве с Лопшем и про их деятельность, а Эмили поведала ей свою историю встречи с Мессией, и они весело рассмеялась. Девушки провели прекрасно время, не заметив, как внезапно наступил вечер. Они почти все рассказали друг друга, украшая рассказ разными шутками и анекдотами, поэтому из их комнаты часто слышался дикий истерический хохот.
Девушки, выпив, начали отпускать нелицеприятные выражения и едкие высказывания, разбавленные матерщиной, обе были не слишком хорошо воспитаны. При маньяках они сдерживали себя, но тут отрывались по полной программе, рассказывая друг другу интимные секреты обаятельных анархистов.