Выбрать главу

— Испытание, фем ди Сарк? Разве я дерзнул бы предложить испытание собственной наставнице? Нет. — Он осторожно протянул руку, как будто боялся, что я вдруг исчезну, и вложил сверток в мою не оказавшую сопротивления ладонь.

Слова, скрывавшие еле уловимый намек на глубочайшее чувство, хлынули в мое сознание:

«Прошу тебя, потешь мое человеческое самолюбие. Эта штука напомнила мне тебя».

Я сжала подарок Джейсона пальцами, ощущая под ними твердую округлость. Я могла лишь держать себя в руках, глядя на наши все еще соприкасающиеся пальцы и напрягая всю свою волю, чтобы не прильнуть к груди этого человека, не поддаться тяге, от которой, казалось, воздух между нами напряженно вибрировал.

Мои волосы вероломно предали меня — соскользнули с плеч, обвили руки Моргана, легонько коснулись его щеки. Я потянулась взглядом за их движениями и невольно заметила, как побледнело лицо Джейсона под загаром, как судорожно дернулся его кадык, ликующе потемнели ясные синие глаза. Напряжение уже становилось нестерпимым, но наши глаза не могли прервать этот контакт.

Я сломалась первой — вырвалась, вцепилась в край стола, тяжело дыша, почти всхлипывая.

— Ты же знаешь, иначе нельзя. Мы должны находиться порознь, я могу лишь учить тебя, иначе мы оба обречены.

— Сийра… — Звук его голоса был тихим-тихим, сродни теплому ветерку, ерошившему мои волосы.

Я покачала головой, радуясь, что он не видит моего лица.

— Глупо, Джейсон. Ты поступаешь очень глупо.

Ответа не было.

Он вышел. Я потянулась привести в порядок снова ставшие послушными волосы и почувствовала в ладони подарок Моргана. Гнев на то, что мне не удалось удержать себя в руках — а ведь Джейсон практически и пальцем для этого не шевельнул, — захлестнул меня такой яростной волной, что я чуть было не запустила свертком в стену.

Но вовремя приказала себе остановиться. Если я продолжу столь эмоционально на все реагировать, никакого толку не будет. «Как по-человечески», — подумала я, однако без презрения, которое могло предполагать мое наследие и воспитание. Очень во многом то время, когда я считала себя человеком, было самым лучшим — и уж точно самым простым — в моей жизни. Я положила подарок Моргана на стол, расправляя белую кожу. И ахнула при виде того, что обнаружила внутри.

Это был небольшой драгоценный камень, грубой огранки и отполированный вручную, но поразительной чистоты — темно-синий, полыхающий ослепительными искрами отраженного света. Его форма, напоминавшая два слившихся овала, была мне знакома — иллюзию именно этого камня я создавала у себя на лбу каждый раз, когда в обличье ведьмы-рам'ад появлялась в «Приюте Звездоплавателя», — ибо это наверняка был настоящий магический камень, какие получают приобщающиеся к магии новички. Должно быть, Джейсон собрал достаточно трюфелей, чтобы оплатить стоянку «Лиса» на несколько месяцев вперед, — однако купил этот камень.

Этот подарок нес в себе смысл, неверно истолковать который было невозможно. Морган хотел положить конец иллюзиям — чтобы я вернулась к жизни, где я могла бы быть той, кем действительно была. На меня вдруг снизошло ледяное спокойствие, и я поняла, что он прав. Может быть, в том, что относилось к силе, я и была его наставницей, но зато Джейсон был моим учителем во всем, что касалось жизни. Что ж, так тому и быть.

ИНТЕРЛЮДИЯ

— Не важно, кто она такая и что собой представляет, — настаивал голос, безликий, как и все собравшиеся во тьме этой нереальности, но очень четко различимый своим привкусом ошеломляющей властности и целеустремленности. — Важно лишь то, во что Сийра превращается.

— Красивые слова, Джаред ди Сарк. — М'хир передавал оттенок презрения куда лучше, чем любое выражение лица, — презрения, сдобренного ноткой настороженности. — Ты пытаешься убедить нас, будто Дом Сарков откажется от своей цели? Что ты ставишь будущее нашей расы превыше личных амбиций?

М'хир заколыхался — словно нечто огромное промелькнуло под поверхностью безмятежного озера и вновь скрылось в его глубине. Ментальные барьеры у всех были подняты, несмотря на отсутствие тревоги. Собрания Совета Клана очень часто представляли собой угрозу. Подразумевалось, что сила будет опробована, испытана и пущена в ход — а иначе зачем она вообще нужна?

Мысленный голос Джареда оставался бесстрастным:

— Я ставлю будущее моего Дома наравне с будущим нашей расы, Дегал ди Сонда'ат. Кто-нибудь желает оспорить это? — М'хир был безмолвен. — Значит, мы пришли к соглашению. Совет готов действовать? — Давление нарастало. — Предупреждаю вас. Если вы будете тянуть дальше, мы столкнемся с необратимым превращением. Вы хотите ощутить в м'хире человека?

Снова молчание, но уже другое, означавшее решимость и мысль, собирающиеся воедино. Они пришли к соглашению.

Настала пора положить конец изгнанию Сийры ди Сарк.

ГЛАВА 3

— Ты хочешь, чтобы я занялся чем? — Судя по его виду, Барэк выспался куда лучше меня, но разговор, который мы вели за завтраком, явно был ему неприятен.

Так же как и Мерагг, моей помощнице по хозяйству, которая вместе со своей подругой Каплой были единственными из всех работников «Приюта Звездоплавателя», кого я допускала в свое жилище. Мерагг прекратила все попытки сделать вид, что занята исключительно плодами на блюде, которое держала в руках, и ее широко раскрытые глаза налились слезами. Я не обратила на нее внимания.

— Тебе нужно прибежище, — напомнила я кузену. — Капла и Мерагг помогут тебе разобраться в тонкостях. Да и вообще, «Приют» не требует неусыпного контроля.

Тот был настолько вне себя, что даже вступил со мной в мысленный разговор.

«Я стану посмешищем для всего Клана. Барэк — бармен. Барэк — хозяин игорного притона. Барэк…»

— Барэк садд Сарк — чародей, — добавила я вслух, отгородившись от его мысленного протеста. — Поздно, кузен. «Приют» твой, так что можешь делать с ним все, что заблагорассудится. Я посоветовала бы тебе оставить личную прислугу — они обе очень славные. Те, кто работает непосредственно в «Приюте», варьируют от надежных до предсказуемых. Поступай с ними так, как подскажет тебе здравый смысл.

Мой кузен бросил отчаянный взгляд на Мерагг, которая уже уткнулась в полотенце и тихонько подвывала, а яркая желтизна ее кожи начала сменяться оранжевым — признак нешуточного расстройства.

— Я не совсем это имел в виду, Сийра, когда пришел сюда.

Я забрала у бедняжки блюдо и принялась перекладывать себе на тарелку ломтики зеленой пайи. Ее липкий сок был совершенно восхитительным на вкус, и я с наслаждением облизала пальцы, с каждой секундой чувствуя себя все более счастливой. Крошечный камень непривычно и необычно холодил лоб.

— Смирись, Барэк, — посоветовала я весело. — Обещаю, тебе не будет скучно. Кроме того, это местечко приносит неплохую прибыль.

Садд Сарк с преувеличенно скорбным видом вздохнул, но я видела, что он начинает обдумывать открывающиеся перед ним возможности. Мерагг украдкой поглядывала на него поверх полотенца — пожалуй, ее живой ум уже вовсю прикидывал, что за хозяин получится из этого типа.

— Ты вернешься? — спросил мой кузен, признавая свое поражение пожатием плеч.

— И куда же это ты собираешься? —донеслось от входа.

Морган вышел на балкон, где мы сидели, и Мерагг незаметно прошмыгнула мимо него и исчезла в кухне. Я представляла себе, какое радостное известие она готовила для ушей Каплы относительно парочки, сидевшей сейчас со мной за обеденным столом. У покьюлиан многоженство и многомужество было широко распространено.

Приветственная улыбка Барэка была искренне теплой, точно он угадал в Джейсоне союзника.

— Морган. — Он поднялся и протянул руку, которую Джейсон тотчас же крепко пожал. Уступка человеческим обычаям — клановцы обычно без причины не вступают в физический контакт. Пожалуй, из моего кузена выйдет неплохой хозяин для «Приюта».

Да. Я приняла верное решение, и обретенный душевный покой придал мне самообладания, поэтому я встретила Моргана спокойно. Его ясные синие глаза скользнули по камню у меня на лбу и задержались, спокойные и теплые, на моем лице.