— Покажи мне.
Он заколебался, но потом неохотно разделил с ней картину.
Антониетта издала один-единственный звук. Тихий крик отчаяния. Она узнала это ожерелье, одну из тех немногих вещей, которые действительно помнила из того времени, когда могла видеть. Она любила его, восторгалась им, и мысль, что ее кузен крадет его, забирает эту элегантность и огонь из семьи, была ужасающей. Этот тихий звук мучительного отчаяния разбудил демона, погребенного глубоко в Байроне, но уже ревущего и требующего свободы.
Пораженный и шокированный Пол резко развернулся, его лицо исказилось от страха и решимости. Байрону хватило всего одного биения сердца, чтобы заметить сияющий металлический предмет, зажатый в руке Пола. Время замедлилось, растянулось, когда Байрон распался на многочисленные молекулы, чтобы вновь проявиться между Полом и Антониеттой.
Удар в грудь был так силен, что отбросил Байрона назад, сбив с ног, швырнув его тело на Антониетту, откинув их обоих к противоположной стене. В маленьком замкнутом коридоре выстрел был оглушительным. Пуля прошла навылет сквозь его тело и застряла в плече Антониетты. Он упал, сбив Антониетту, защищая ее своим телом, и постарался сосредоточиться на Поле, на его горле, перекрывая ему доступ воздуха. Он не мог оставить Антониетту, беспомощную и уязвимую, наедине с ее вероломным кузеном.
Пол закашлялся, пошатнулся, почти встав на колени. Пистолет в его вялых пальцах опасно раскачивался. Зрение Байрона стало расплывчатым. Он терял кровь, слишком много и слишком быстро. Он не сможет оправиться, если сейчас же не замедлит жизненные процессы своего организма. Неожиданно животные инстинкты заставили его повернуть голову, чтобы увидеть Кельта, бегущего к ним.
Борзая почувствовала беду и носом умудрилась открыть потайную дверь. Молчаливый охотник бежал изо всех сил, его длинные ноги работали, подобно хорошо слаженному механизму, покрывая расстояние. Его глаза были устремлены и сосредоточены на жертве. Его мало волновало, что это был человек. Кельт перепрыгнул через Байрона с Антониеттой, бросаясь прямиком к Полу и впиваясь зубами в руку, державшую оружие. Пол взвыл от боли и выронил пистолет.
— Антониетта! Я не знал, что это ты! — выкрикнул Пол, стараясь отцепить собаку. Его рука уже вся была в порезах от острых зубов. — Отзови его, отзови пса!
— Кельт! — Антониетта воспользовалась своим самым властным голосом. Она ничего не видела. Неподвижное тело Байрона прижимало ее к полу. У нее болела спина и плечо. — Прекрати, мальчик. Пол, если ты сделаешь хоть один шаг ко мне или Байрону, я натравлю его и не подумаю отозвать, — она представления не имела, что произошло, но чуяла запах крови. Ее чувствительные кончики пальцев нащупали жидкость, теплую и липкую. Целую лужу жидкости.
— Это был несчастный случай. Я не знал, что это вы. Пистолет выстрелил сам по себе. Вы напугали меня, — до Пола дошло, что он бормочет, и он начал было двигаться к своей кузине.
Но между ними стояла борзая, — голова опущена, глаза настороже, — замершая в охотничьей позе. Пол сразу же остановился.
— Он не позволяет мне приблизиться к вам, а кровь Байрона заливает весь пол. Dio, Антониетта, думаю, я убил его.
— Ты выстрелил в него? — Антониетта подавила истерику и панику. — Иди сюда и сними его с меня. И прекрати жалеть себя, лучше помоги мне спасти его.
— Собака…
— Разорвет тебя на части, если ты не сделаешь того, что я тебе говорю! Теперь же иди сюда и передвинь его. Будь очень осторожен, Пол. Если он умрет, остаток своей жизни ты проведешь в тюрьме. Я даже не буду помогать тебе с защитой в суде.
— Я говорю тебе, Антониетта… — Пол осторожно обогнул собаку. — Я не собирался ни в кого стрелять намеренно. Я не знал, что поджидает меня здесь внизу, поэтому принес оружие, чтобы защитить себя. Я никогда, даже ребенком, не заходил в эти коридоры.
Антониетта почувствовала, как тело Байрона передвинули, убрали с нее, позволив ей выбраться из-под него.
— Ты повел себя как идиот, принеся с собой пистолет. В любом случае, где ты его раздобыл? Почему он у тебя вообще есть? — Она отчаянно пыталась найти рану, нащупать пульс.
Пол громко простонал.
— Он мертв, Антониетта, у него нет пульса.
Она с силой отпихнула своего кузена.
— Отойди от него! Он не мертв. Я не позволю ему умереть. Байрон! Не смей оставлять меня одну. Возвращайся! Черт возьми, Пол, как ты мог это сделать?