-Он попросту сжег их заживо! – переживал Себастьян, наворачивая круги по королевским покоям, которые они с супругой выбрали в уцелевшей башне замка. – Они, конечно, те еще мерзавцы и крови на их руках предостаточно. Но это уже перебор!
Катарина от действий сына тоже была не в восторге.
-Он же мог пострадать! – воскликнула королева. – Как ты мог отпустить его одного?! Без воинов?! Огонь огнем, но против метко пущенной стрелы, никакая магия ему не поможет!
-Я никуда его не отправлял! – вяло отбивался король. – Балиант сам этим занялся, без спроса! И тебя не совершенно не беспокоит, что «наш сын» убивает людей направо и налево?!
-После того, как они собирались сделать с Генри? – прищурилась Катарина. – Ничуть! Ты бы видел, что такая шайка разбойников сделала с деревней по соседству, когда я была маленькой! Бывшие дезертиры с севера буквально сожгли ее дотла! Отец и другие мужчины из нашей деревни побывали там, чтобы помочь выжившим. Он плакал, когда рассказывал маме про маленькую златокудрую девочку примерно моего возраста, что нашел изрубленной на земле. Он сказал, что она так и не выпустила своего деревянного зайца из рук, словно пыталась его спасти!
Король содрогнулся от ее слов. В юности, когда напали северяне, Себастьяну довелось побывать на войне. И в чужих приграничных поселениях тоже. Но он никогда не допускал, чтобы его войска творили нечто подобное…
-То было ужасное время! – вздохнул он, обняв за плечи супругу. – Я тоже многое повидал, когда отец взял меня с собой на войну с северянами…
-Ты никогда не рассказывал…, - прошептала Катарина.
«Тебе хватало и своей боли!» - едва не ответил король, но вместо этого прижал ее к себе еще крепче.
-Мне страшно, что Балиант такими темпами превратится в чудовище, - признался король. – Наш сын он или нет, но я не желаю, чтобы он утратил милосердие!
-Что будет с пленными разбойниками? – осведомился Балиант за обедом на следующий день.
Король застыл, так и не донеся ложку с гороховой похлебкой до рта. Он как раз планировал сегодня очень серьезно поговорить с Балиантом. Объяснить юноше, что нечеловеческие глаза еще не делают его не человеком. А вот привычка сжигать своих противников заживо очень даже может…
-Их будут судить, - сумрачно произнес Себастьян, поймав на себе любопытные взгляды Изабель и Генриха. – А затем, скорее всего, повесят.
Ему не хотелось этого говорить при младших. Конечно, они должны знать такие вещи, как будущие правители. Генри все еще официально наследный принц. А Изабель предстоит однажды стать королевой и, скорее всего, женой Альберта-младшего. Но… Если бы Себастьян мог, он бы оградил этих двоих от всего подобного. Да и Балианта, пожалуй, тоже… Хотя его оградишь, как же! От него самого уже разбойников спасать в пору!
-Тогда зачем вообще было сохранять им жизнь и сажать в подземелье? – простодушно удивился Генри. – Не проще было убить их сразу?
Себ испытующе взглянул на младшего сына. В отличие от старшего, который возвращался последние дни из леса перемазанный в чужой крови и грязи, пахнущий дымом, Генри скорее переживал за разбойников. Мальчику было их жаль.
-Во-первых, потому что они сдались, - с тяжелым вздохом сказал король. – А, во-вторых, их судьбу должен решить суд. Хоть они и разбойники, но корона гарантирует каждому в королевстве честное разбирательство.
«Не смотря даже на то, что половина этих разбойничьих шаек – северные дезертиры!» - добавил Себастьян про себя. Будь его воля, он бы с удовольствием отослал пленников их настоящему сюзерену, пусть разбирается. Но едва ли сосед, с которым с таким трудом было заключено перемирие, оценит этот жест.
Балиант задумчиво поскреб затылок.
-А можно поступить с ними как-нибудь по-другому? – спросил он. – Когда эти люди сдались мне, я пообещал сохранить им жизнь. Не хотелось бы нарушать свое слово.
-Что ты предлагаешь… сын? – осторожно спросил король.
Ему вспомнилось, как Балиант первый раз вернулся из леса с пленниками. Глаза юноши мрачно сверкали, через всю щеку тянулся свежий порез, от которого спустя неделю остался лишь тонкий след. Это было скорее чудовище, нежели человек…
«Братец! Ты вернулся!» - обрадовано завопил Генри, заметив появившегося в заново отстроенных воротах замка юношу. Не обращая внимания на жутковатый вид Балианта, Генрих кинулся к старшему брату. Не успел Себастьян остановить его, как Генри заключил оторопевшего Балианта в объятия.